Единственная для принца. Книга 3

Рада смогла сообщить, что Вретенс предпочитает применение грубой силы, не склонен строить стратегические партии, давит морально, издеваясь, осыпая оскорблениями и выискивая самые ранимые точки противника.

Но всё же стоило самому оценить его скорость и маневренность, прежде чем провести последний приём.

Нет, Зиад не ставил себе целью убить принца. Достаточно будет просто одержать победу при свидетелях и на правах победителя потребовать приз.

Принц Варген, новая атака которого вновь оказалась неудачной, опять обнажил зубы в звериной ухмылке и зарычал на ломаном бенестари:

– Ты сдохнешь, чужак.

Здесь таких не любят! – и снова попытался нанести удар. Зиад легко его отвёл, чуть отскочил в сторону и поцокал языком, будто сожалел, что противник такой неуклюжий. Это произвело неожиданный эффект – лицо принца побагровело, глаза налились кровью.

– Что, маленький? Головушка разболелась? – проговорил, посмеиваясь, Зиад и провёл контрудар.

Варген его блокировал и стал сыпать на голову противника издевательства и насмешки, кружа по залу и пытаясь выискать брешь в защите господина посла.

Самыми мерзкими были те гадости, что касались Рады. Но Зиад справился – он сказал себе, что его Рада-сть это не «Тойво – дочь беспородной с.ки, сама подстилка, переспавшая со всем дворцовым гарнизоном, и также воспитавшая дочь», что все эти и подобные им слова говорятся о ком-то другом.

И ещё князь Марун представил, что эти гадкие, исковерканные слова говорит не этот огромный и страшный человек, а полуголый младенец-переросток в детском, едва налезшем ему на голову, чепчике.

Да, так стало намного проще. В этот образ легко вписались излишне размашистые и оттого кажущиеся нелепыми движения рук, и неловкие движения ног, привыкшие не к лёгким пружинистым танцам мастера шпаги, а мощным и напористым шагам мечника. Это даже позабавило и заставило улыбнуться Зиада. Отчего принц Варген, названный при рождении Фойга просто взбесился и ринулся размахивать шпагой, как топором.

.

Да, лёгкости принцу не хватало, но противником он был серьёзным.

И хотя Зиад отбивал атаки, выжидая момент, чтобы нанести единственный сокрушительный удар, сделать это всё не получалось.

Они сходились для коротких стычек и вновь расходились, и господин посол всё ближе и ближе отходил к лестнице, где ко всему прочему было ещё и светлее.