Князь моих запретных снов

Что ты со мной делаешь, м?

И уж не знаю, что на меня нашло – то ли Винсент умел уговаривать, то ли я и в самом деле была совершенно безнравственной девицей – но я расслабленно повисла в его руках, оперлась спиной о каменную кладку и просто позволила делать ему все, что хочется. Как выяснилось, хотелось ему много. Поцелуй явно стал глубже, и это было так удивительно, ощущать Винсента не то что близко, а даже… частично во мне. И эта запретная ласка оказалась такой удивительно приятной, что я обхватила его руками за шею и прижалась к нему всем телом.

Что-то странное и удивительное происходило со мной: мне вдруг захотелось, чтобы Винсент не прекращал всего этого, чтобы гладил и трогал меня везде, даже там, где, как считалось, можно трогать только законному супругу. В низу живота появилось непонятное напряжение, и я непроизвольно раздвинула бедра. Великие Все! Это было… так сладко, что попросту не хотелось думать ни о чем. Просто хотелось… Его. Его всего, чтобы был вот так, близко, и чтобы не прекращал эту дикую игру из прикосновений и мучительно-дразнящих жадных ласк, губами и языком.

- Ильса, - шепнул он, внезапно отстраняясь, - если так дела пойдут и дальше, то мы не дойдем до моря. И потом, я помню, что ты мне тогда сказала.

- Что?

Его дыхание пощекотало щеку.

- Что ты не из тех.

И я услышала смешок. Потом он мягко потянул меня за руку.

Я покачала головой и молча пошла следом за ним, в кромешной темноте. Я не боялась заблудиться, потому что мои пальцы были в теплой и жесткой руке князя Долины.

Теперь… мне стало немного стыдно, что я только что вела себя так, и позволила слишком многое. В деревне уже бы камнями побили как шлюху, точно.

- Что с нами будет дальше? – тихо спросила я, бредя сквозь кромешный мрак, - зачем я тебе?

- Я без ума от тебя, - таков был ответ, - разве этого недостаточно? Или тебе хочется порассуждать на тему, что есть любовь, и любовь ли все это, или же мне просто захотелось развлечься? - помолчал немного, затем добавил, - если бы мне хотелось просто развлечься, я бы развлекся еще тогда, когда ты в своем сне забрела в мой дом.

Признание оказалось настолько откровенным, что мне даже стало немного больно. Здорово, конечно, что он ко мне неравнодушен – так же, как и я к нему. Но что дальше со всем этим делать?

Мне казалось, что Винсент читает мои мысли.

- Я что-нибудь придумаю, - глухо сказал он, - способ есть. По крайней мере, был раньше… Но я еще не уверен, что пойду этим путем.

Мы все еще шли по совершенно темному тоннелю.