Князь моих запретных снов

Влезет этот недоумок, куда не следует, что я с ним делать буду?

«Бросишь, а сама вернешься», - вкрадчиво прошептал голос разума.

Я поежилась. Это было бы правильным решением, но… смогу ли?

- Нет там ничего, - уверенно повторил ар Мориш и снова двинулся к замку.

- А если нас оттуда увидят?

- Да кто увидит-то? Пока они выйдут, я обыщу все пространство у стен. Хорошо еще, что рва нет…

- Им здесь не от кого обороняться, - проворчала я.

- И когда ты такая умная стала, м?

Так, препираясь, мы все же подтянулись к мраку, что, словно живой, лип к стенам.

- Ты хоть знаешь, как эти кристаллы выглядят? – спросила я, вглядываясь в темное облако, что подобно вате окутывало башни и расстилалось по траве.

- Конечно, знаю, - заносчиво ответил ар Мориш, - а вот и хорша.

- Ты идиот, Тибриус, - прошептала я, чувствуя, как внутри натянулась ледяная струна.

Прямо к нам из тени шагнула худенькая девушка. Вернее, как шагнула – она привычно плыла над землей, чуть приминая траву узкими белыми ступнями. На девчушке была длинная полотняная рубашка.

Волосы стелились темной волной до колен, они плыли за ней, как будто хорша находилась в воде. Глаза… совершенно черные, лишенные белков. Хорша медленно, очень медленно поворачивала голову из стороны в сторону, глядела то на меня, то на ар Мориша.

- Нашел свой кристалл? – прошипела я.

- Не шевелись! Замри!

Он, кажется, сообразил наконец, в какую гадость вляпался сам, а заодно и меня втянул. Ну почему, почему нельзя было просто совершить пару перемещений, а потом вернуться?

«Путеводная нить», - вспомнила я.

Сейчас… если очень осторожно, не делая лишних движений… Но этого дурака тоже надо вытащить, не бросать же его на съедение хоршам?

- Руку дай, - одними губами произнесла я, - мы сейчас вернемся.

Хорша тем временем как будто размышляла. А я… прилипла к ней взглядом. И личико у нее было красивое, белокожее, нежное такое. И брови словно нарисованные угольком, тонкие, прихотливо изогнутые. И носик маленький и аккуратный. Руки тоненькие, словно прутики, но хотя бы не кости, как в прошлый раз.

А когти длинные и острые, словно медвежьи, и такие же черные.

Она медленно, очень медленно развернулась ко мне, водя носом, словно собака. Начала раскрывать рот, верхняя часть черепа просто откидывалась назад, обнажая ряды игольчато-острых зубов.

- Руку! – гаркнула я застывшему ар Моришу.

А он… Он как будто бы сообразил наконец, что пора отбыть в свой мир. В один прыжок оказался рядом, почему-то выхватывая из ножен короткий меч.