Князь моих запретных снов

- Иди, иди! Не надо, чтоб нас видели! – это уже торопливым шепотом.

Он резко повернулся и исчез в полумраке «мужской половины». Его силуэт еще пару раз мелькнул в неверном свете факелов и исчез. А я бегом рванула в «дамское» крыло.

…Успела. Ни меня, ни Альберта, похоже, никто не заметил. Я выдохнула, расправила подол, и открыла дверь в нашу с Габриэль комнату.

- Ильса! – оказывается, она еще не спала, но уже была в кровати. Рядом, на тумбочке, горели три свечи в подсвечнике, Габриэль читала книгу. Пока мы с Альбертом шли, солнце село, и за окном было темно.

Едва меня завидев, она всполошилась, отбросила пухленький томик и села.

- Что случилось?

Пришлось и Габриэль рассказать. Не все, конечно. Отчего-то про тайную комнату я умолчала, хотя Габриэль пока что была моей единственной подругой. И про домик в хрустале тоже ничего не сказала. В основном, рассказывала о том, как проходило собеседование – и тут уж ничего не скрыла, и о том, как потом бежала от ар Мориша и его прихлебателей.

- Ну и козел, - хмуро сказала Габриэль, - я вот не пойму, он действительно собирался?..

Я устало села на свою кровать и принялась расшнуровывать бока платья.

- Не знаю. Может быть. Я ведь никто, понимаешь? Если бы не успела убежать… Кому бы я пошла жаловаться?

- Наставнику, конечно.

Габриэль принялась расхаживать по комнате, шлепая по камню подошвами домашних туфелек.

- Думаю, что ему и об этом надо рассказать. А что, если в следующий раз они тебя догонят?

- Я потом Альберта встретила, - все же сказала я, - он советовал нигде одной не бродить.

- И то правда, - Габриэль задумчиво теребила оборку на сорочке, - да, вот. Совсем забыла. Пока тебя не было, нам принесли еды.

И кивнула в сторону единственного в комнате стола.

Потом, опьянев от непривычной сытости, обсудив с Габриэль, как отвратительно было бы ей выйти замуж за того старикашку, посетив уборную и умывшись, я забралась в кровать, в совершенно новую постель. Льняные простыни даже немного царапались, такими новыми они были.

И одеяло у меня было, толстое, шерстяное, добротное. Я забралась под него по самый нос, свернулась калачиком. Усталость брала свое, слишком много всего случилось за день. Уже совсем сонная, я протянула руку к платью, которое развесила на спинке стула, сквозь ткань нащупала в кармане передника хрустальный шарик. Он приятно холодил пальцы, почему-то внушая чувство покоя и безмятежности.

Но слишком много всего случилось за день.