Князь моих запретных снов

Когда я дошла до мытья полов под кроватью, у меня руки так и чесались подергать ее за косы, я остановилась над спящей, размышляя, насколько мне при этом попадет от матушки… И вдруг увидела.

Я увидела, что Мила стояла рядом с кроватью – и одновременно лежала на ней. А еще я увидела, что Мила – та, которая стоит – опутана тонкой багровой паутиной, блестящей, кое-где, как мне тогда показалось, в мелких кровавых сгустках. Паутина эта тянула Милу к пятну, которое походило на марево над пашней в жаркий день, пятно колыхалось, расплывалось, и с каждым мгновением Мила пододвигалась к нему все ближе и ближе.

- Мила, - выдохнула я, немея от ужаса.

Как же так?

Вот же она, дрыхнет себе на кровати.

И вместе с тем…

А Милка смотрела на меня так умоляюще-пронзительно и при этом молчала, что у меня дыхание застряло в горле. Я разглядела, почему она не могла говорить, ее рот был зашит все теми же кровавыми стежками.

Все решилось в считанные мгновения.

Уже совершенно не соображая, что происходит, я протянула вперед руки, рванула к себе Милку, ту, которая стояла над собственным же телом.

Я ее схватила за предплечья, поверх рукавов сорочки, изо всех сил дернула на себя. Паутина лопалась с треском, и в тот миг, когда лопнула последняя липкая нить, Милка наконец подалась ко мне – а у меня под пальцами ее тело вдруг стало мягким, словно пух, и распалось золотой пылью.

- Милка, - прошептала я, и потом крикнула. – Милаааа!

- Ильса, - хрипло позвала та Милка, которая лежала на кровати и теперь проснулась, - что… было? Я помню, как меня куда-то затягивало… И спальня вся сделалась прозрачной, а ты…

Благословенный дух пробуждения, Энне-аш, оставил во мне кусочек себя самого.

Именно поэтому я и увидела, как Милка уходит в Долину Сна, и именно поэтому успела ее схватить.

Ну а дальше… Говорят, сонная немочь не забирает дважды. Мила была в безопасности.

А за регистрацию сноходца отваливали целое состояние.

Даже матушка живо сообразила, что же произошло в спальне.

И теперь я еду в темной карете без окон, одна среди аристократов, прячу свои ужасные ноги и руки. Но страх потихоньку отступает. Они ведь не боятся того, что с ними сделают в замке Бреннен? Возможно, не все так плохо?

Карета остановилась.

Альберт приоткрыл глаза, встряхнулся.

- Ну, приехали.

***

=========

Замок Бреннен встретил нас торжественной, почти потусторонней тишиной и пустотой.