Ее высочество против! или Принц из булочной

Луиза запомнила его и продолжила размышлять.

— Артис Вильгельм… Я видела его портрет прежде, но с тех пор прошло много лет. Насколько сильно он изменился?

Момо задумалась.

— Свежих изображений принца не найдено. Смею предположить, что их не существует.

Луиза не раз спрашивала, откуда Момо берет сведения, но понять это было слишком сложно.

— Что вы планируете делать? — спросила она с интонацией, похожей на любопытство.

— Я хочу взглянуть на Артиса, — решила Луиза. — Если он хотя бы капельку лучше Елизара, то придется постараться, чтобы он стал наследником Тавила.

— Вы справитесь с этим?

Луиза вспомнила потные прикосновения рыжего ангалийца и кивнула:

— Да. Справлюсь.

Но сначала нужно было обсудить это с отцом и испросить дозволения покинуть дворец, чтобы нанести визит в их араксийскую резиденцию. Все вроде бы представлялось несложным, но все равно решение вопроса пришлось отложить на утро. Служанка помогла ей раздеться и принять ванну, уложила в постель и погасила свет.

Луиза закрыла глаза, пытаясь вспомнить лицо тавильского принца. Кажется, он был темноволосым и даже миленьким, но сколько ему тогда было лет? Двенадцать? Четырнадцать? У Луизы не было братьев, но она слышала, что мальчики сильно меняются с возрастом, а ему сейчас должно быть уже целых двадцать. На три года старше Луизы, но на три — младше Елизара, что уже выгодно отличало его от соперника.

Стук в дверь прозвучал неожиданно, и Луиза торопливо спрятала свиток с договором.

— Да?

— Луиза, это я, — отозвалась Маринетта, старшая из сестер. — Могу я войти?

Луиза не слишком желала компании сейчас, но не могла отказать сестре. Маринетта вошла и мигом заполнила собой все пространство — из всех принцесс она сильнее всех фонтанировала энергией, порой излишней, и к тому же обладала мягким, округлым телосложением, основной причиной которого была непреодолимая тяга к мучному.

— Ты ушла с бала раньше, чем я ожидала, — заметила Маринетта и поставила на стол блюдо с пирожными.

— Наверное, ты устала, бедняжка, поэтому я принесла тебе вкусненького.

Луиза без энтузиазма посмотрела на пирожные. Есть не хотелось совершенно.

— Да, я немного утомилась, — сказала она. — Думала пораньше лечь спать. А ты почему не на танцах?

— Я уже помолвлена, мне уже не обязательно показывать себя, — рассудила Маринетта и утащила пирожное. — В отличие от тебя, милая.

— И ты довольна этим? — вырвалось у Луизы.