Колдовской снег

Девушка-яга прыснула.

– Да, конечно, в определенном смысле. Но ты совсем не охраной и помощью будешь занят. Так что повторяю, лапы прочь.

– Ладно-ладно… – с разочарованным вздохом произнес демон и поковырял ногтем камень на припечке. – Но клиентка права, кого-то с ней отправить придется. Ты же не пошлешь ее в глухом одиночестве в один из миров. Круг ведьм вообще против подобных перемещений.

Варвара вытерла пальцы о полотенце на крючке справа от очага и произнесла невозмутимо:

– Круг вообще бестолково застрял в пятнадцатом веке.

А сейчас прогресс и новые взгляды. К тому же, они отказываются вмешиваться, сам слышал. Я же действую в рамках своей компетенции и согласно сложившимся условиям. Короче, Мирослава отправляется за параллельный раздел. Точка.

Она сказала это так резко и чеканно, что я невольно выпрямилась. Спросила растерянно:

– Мне что, прям сейчас за этот… раздел?

– Ну зачем сейчас, – отозвалась девушка-яга и, пройдя к холодильнику, который я сперва не заметила, ибо он отделан под дерево, вытащила сковородку.

– Какая нужда ломиться на ночь глядя? Не думаю, что ледяная колдунья мучает его. Напротив, гм, напротив. Отправим завтра. А сейчас поешь. Голодная?

Только сейчас я вспомнила, что не ела с обеда, если кекс с изюмом и чашку кофе можно считать обедом. В животе, словно в ответ, голодно заурчало, я неловко прикрыла его ладонями и проговорила:

– Видимо.

– Вот и чудненько, – довольно произнесла Варвара. – Баньку, уж простите, не делаю, но покормлю.

Незачем спать ложиться на голодный желудок.

В голове почему-то всплыли сказки о бабе-яге, которая кормит гостей, а затем садит на лопату и жарит в печи. Плечи невольно дернулись, я опасливо спросила:

– А вы не… ну…

– Чего «ну»? – не поняла девушка-яга.

Я не знала, как тактично задать вопрос на такую деликатную тему, поэтому просто сказала:

– Сожрать меня хотите?

Левая бровь Варвары приподнялась, она секунду смотрела на меня, как на студентку, которая сболтнула чушь, затем по дому разнесся раскатистый смех.

От этого смеха задребезжала посуда и окна, пламя в очаге затрепыхалось, будто пытается увильнуть от хлыста, по кухне пронесся ветерок, вздыбливая волосы яге.

Асмодей тоже сдержанно усмехался. Я вжала голову в плечи, не представляя, что будет дальше, но девушка-яга резко прекратила смеяться, спецэффекты утихли, она спросила:

– Я разве похожа на того, кто ест людей?

Сглотнув, я ответила хмуро:

– Вроде нет.