За стеной из диких роз

Её исследование грозило затянуться не на один день.

Девушка опустилась в большое, обитое кожей кресло и обвела комнату измученным взглядом. Внимание её привлекла массивная башня из книг, выложенная аккуратно, пусть и не особо красиво. Конструкция напоминала настоящую средневековую рыцарскую крепость с высокими толстыми стенами, готовыми воинственным безмолвием встретить любую, даже самую яростную атаку. Были даже окошки и бойницы, из некоторых выглядывали нарисованные солдатики. По внешней стене тянулась узкая лестница из тонких тетрадей, фундамент был выложен из словарей и энциклопедий, массивные двери ― труды по философии.

Крепость была в полной боевой готовности, в любой момент способная защищать тех, кто скрывался за её стенами. Аннабелль вдохновлённо вскрикнула и почти поспешила к башне. Она была выше девушки и Анне оставалось лишь гадать, как попасть внутрь, не нарушая целостности конструкции. Она осторожно заглядывала в зазоры между книгами, даже пыталась достать пару томов, но башня угрожающе закачалась, стоило девушке лишь подумать об этом. Анна попробовала снова, башня накренилась, как только она потянула на себя том древнегреческого философа. Девушка тут же оставила попытку и осторожно отошла на несколько шагов назад, спрашивая саму себя, с чего она решила, что что-нибудь могло храниться за стенами книжной башни. С другой стороны, она не нашла бы места надёжнее, чтобы спрятать что-либо от людей, умеющих ценить красоту. Аннабелль взглянула на башню так, словно ей предстояло перепачкать руки кровью, но в тот момент она ни капли не сомневалась в правильности своей догадки. «Почти деревянное» строение подзывало её, как самый опасный из соблазнов ― тайна, готовая вот-вот открыться глазам девушки. Анна в последний раз провела ладонями по стене башни и, склонив голову, точно извиняясь и смиряясь с необходимостью поступка, вытащила несколько томов и толкнула башню, давая ей распасться. Книги с грохотом полетели на пол, Анна виновато отвела взгляд, как будто перед ней снова казнили людей. Из-под книг показался продолговатый прямоугольный футляр из красного дерева, инкрустированный золотом и перламутром. Лицо Анны просияло от радости, последовавшей за волной азарта. Она открыла футляр.

***

Клод никогда не мог пожаловаться на дурное предчувствие. Сам не знал, отчего; скорее всего, потому что оно не покидало его уже долгие голы и он привык существовать с ним, больше удивляясь тому, что у него появлялась надежда на лучшее.