Эйша

Ты в тайне своей не одна, Просто оставайся моей И помни, что я для тебя…

Эйша (порывисто обнимая его, на лице ее бесконечное облегчение).

Жан! Он мне важен как друг, Но ты важней И я люблю тебя. Так избавь меня от мук И печали своей - Верь в меня!

Жан.

Честность принять нелегко, Но нужно все же уступить…

Эйша.

Я не хотела скрывать, но Приходится его тайну хранить. Он скрывается и я Боялась тайну предать.

Жан.

Эйша, ты только моя И, зная это, могу уступать!

Эйша.

Ты только мой И дорог мне…

Жан.

Я с тобой, На твоей стороне. За стенами нашими война, Так не будем её внутри стен начинать.

Эйша.

У нас одна сторона, Мы оба учимся уступать. Позволь мне радость моих встреч, Не пытаясь путь их сжечь, И позже уступлю тебе я…

Жан улыбается, с особенной нежностью глядя на Эйшу.

Жан.

Ты знаешь, чего я желаю давно. Ты всё отступала, но…

Эйша.

Знаю…дитя., Меняются мнения, Проходят сквозь сон. Нет больше во мне сомнений… Да будет – она или, быть может – он?

Примирение наступает.

Сцена 2.11

Трактир.

Та же Трактирщица, кажется, протирает те же самые стаканы, что и в прошлый раз, косясь то на одного посетителя, то на другого.

Взгляд ее останавливается на Жане, сидящем за столом. Распахивается дверь от грубого прикосновения и в трактире возникает человек, обмотанный до горла плащом. Его лицо скрыто плотным капюшоном, но в блеске пламени видно, что лицо это в шрамах и заостренно-бледное, хищное. Явившийся – Абрахам. Жан сразу примечает его и оказывается, в свою очередь, заметным.

Абрахам кивает Трактирщице и пока он идет к столу Жана, Трактирщица уже ставит перед обоими две больших кружки с элем и мгновенно уносится прочь.

Жан смотрит с холодным равнодушием на приближение Абрахама. Даже когда тот садится напротив, он остается спокойным.

Абрахам (оценивающе оглядывает Жана).

Всякий, кто ищет, находит всегда. Если же нет – то не хотел никогда. Говорят, ты искал со мной встречи, Что ж! Я слушаю внимательно тебя.

Жан.

Да, Абрахам, это не ложь. К тебе дело у меня.