Терраформер: "Мицелий"

Мы тут прозябаем на дне Великана уже лет десять, а теперь у нас появилась надежда.

— Заткнись, ящерица, — фыркнул чернявый, Амаури бросил на него хмурый взгляд, его перепончатые выросты растопорщились. — Ты. С бластером. Кинь свою хреновину, или я прострелю брюхо твоему приятелю.

Оружие устремилось в сторону Илая. Тот зашевелил губами, держа руки во всегалактически понятной позе «сдаюсь». Таня выругалась и подчинилась.

— Дальше что? Убьёте?

— Нет, — покачал головой чернявый. Таня подробнее рассмотрела остальных — две женщины, обе воинственные, одна вообще бритая налысо, зато с квадратами рабской татуировки на черепе, синие следы спускались за шиворот свободного балахона.

Вторая кудрявая, темнокожая, но с голубыми глазами. Ещё был здоровенный рыжий мужик с косматой бородой и заплетёнными в мелкие косички волосами. У него татуировку на лице скрывали именно что волосы — от кустистых бровей до косм бороды, — но тоже бывший раб, приговорённый, «меченое мясо».

— Каторжники, — плюнула Таня с отвращением.

Чернявый сделал жест — мол, дай сюда бластер, и она пнула «игрушку» его сторону.

— Прости, — пронудел в очередной раз Амаури. — Они… то есть, блин. Мы. Мы просто хотим выжить.

— Жабий ты потрох, — фыркнула в его сторону Таня.

— Заткнитесь все, — чернявый нетерпеливо махнул оружием. — Сейчас забираем их и отправляемся. Надо протестировать терраформера.

Он смотрел в упор.

Таня поняла: не на Лямбду. На Илая.

На пол пещеры упала капля крови.

— Я бы помог вам без… такого обращения, — сказал тот мягким сдержанным тоном преподавателя в колледже.

Амаури понурился ещё больше, а потом вдруг зыркнул на чернявого:

— Суизи, а я тебе говорил! Он хоть и работал раньше на «ДатаГен», но свалил же…

— Мне похер, — фыркнул Суизи. Рыжий амбал и две девицы — лысая и чернокожая, — поддакнули вежливым смешком. — Давайте, забирайте эту жирную задницу, и пусть своё отрабатывает.

«Стойте, — едва не сказала Таня. — Вам ведь нужен робот, Лямбда. Экспериментальный объект с уникальной ДНК, или…»

Их с Лямбдой позвали последними.

На прицеле их удерживала только лысая, Таня услышала, что её называют Лахудрой — вполне логичная кличка, чего уж там. Вторую звали До. Рыжего — Секирой, наверняка пневмосекира и была его любимым оружием. Инсектоида прозвали Светлячком, а суслика — Тигром. Вероятно, оба ксеноса воспринимали клички просто как набор звуков, если и воспользовались межпланетарным поиском, то ничего обидного не обнаружили.