Сказка о принце. Книга вторая

- Он не голодает, - с улыбкой поправил его Кристофер, - он мечтает. Не стихи ли вы складываете, Людвиг?

- Этого добра за ним не водится, - заступился за «племянника» хозяин.

Господин ректор едва заметно улыбнулся. Он еще помнил, как по столице ходили переводы любовных виршей Востока, принадлежащие перу наследного принца.

Патрик рассмеялся.

- Увы, господа, мысли мои куда более прозаичны. А именно: влезет в меня еще кусочек пирога или уже некуда?

Старики засмеялись тоже.

- Вам, Людвиг, не скучно в нашей глуши? – полюбопытствовал Лион.

– Вы же все-таки из столицы.

Патрик неопределенно пожал плечами.

- Когда как… Но у дяди хорошая библиотека. Да и здесь, помимо того, что глушь, прекрасная природа. Есть на что посмотреть.

- Да, - улыбнулся Кристофер ван Эйрек, - а еще местные красавицы…

- Кстати, насчет красавиц, - оживился господин Лион. – Людвиг, мальчик мой, признайтесь: чем вы так очаровали мою дочь?

- Простите? – Патрик недоуменно посмотрел на него.

- Вообразите, моя Луиза после именин только и говорит, что о вас.

А для нее это не характерно. Мы ведь уже двоим сватам отказали: не по сердцу.

- Вот как? – поднял бровь хозяин. – И кто же сватался?

- Барон Фульер и один из наших, местных, захудалый. Там денег много, но род так себе… Эриден, слышали?

- О! – только и сказал «дядя». – И что же?

- А то, что моя дурочка ни на того, ни на другого и смотреть не хотела. Все ей, видишь ли, принца на белом коне подавай. Начиталась, глупая, заморских романов, вот и дурит теперь.

- А вы-то на что? – удивился Кристофер. – Как же почтение к старшим, долг дочерний?

- Да видите ли, - покряхтел Лион, - она у нас единственная. Да слабенькая, болела много. Оттого мы ее не неволим. Всему, чему хотела, учили. И рисовать она горазда – верите ли, иной раз любопытные картинки получаются. И читать не препятствовали. Вот и результат. Все ей идеал какой-то там нужен…

- Ну и молодежь пошла, - покачал головой Август.

- И не говорите! Ну да что уж теперь, - вздохнул Лион.

– Ну вот, а с того бала она о вашем только племяннике, Август, и щебечет. Я уж думаю… - он усмехнулся и посмотрел на Патрика, - чем вы так очаровали ее, юноша?

Патрик улыбнулся.

- Не думаю, чтобы мной сейчас можно было интересоваться, господин Лион.

- Отчего же?

- После ранений и… - он поймал пристальный взгляд «дяди» и чувствительно прикусил язык. Едва не сказал «после каторги». Расслабился, твое высочество, едва не влетел.