Сказка о принце. Книга вторая

А когда снаружи запели птицы, выползла и огляделась.

Поле. Жесткая стерня, невдалеке еще несколько стогов, небо розовеет на востоке, день будет ясный. Где-то неподалеку журчит ручей. Слышен крик петуха и мычание коров – значит, деревня близко. Хочется есть и пить. Холодно. Вета поежилась, села на землю, подгребла под себя сено, укрыла рваным подолом босые ноги, привалилась спиной к стогу.

…Что делать?

Лучше всего было бы уйти вслед за Патриком, но раз это нельзя… значит, нужно жить дальше.

Чтобы выжить, нужна еда и крыша над головой. С едой – пока – проще: у нее еще остались деньги, взятые у отца. Крыша над головой… еще тепло, осень только началась, но – осень же, а потом будет зима. Нужно где-то укрыться.

Если бы можно было всегда жить в этом стоге сена… если бы можно было не жить вообще. Ну, или хотя бы свернуться клубком, зарывшись в пахучие жесткие стебли, и не двигаться, не шевелиться. Нельзя. Потому что каждый день ее выгоняет наружу голод, гораздо более сильный голод, чем обычно – это маленькое существо внутри заявляет о своем праве на жизнь.

Куда идти? Что делать?

К отцу нельзя, теперь Вета это понимала. Если он заодно с Гайцбергом, нет оснований думать, что он не выдаст. Если ее убьют – пусть, она была бы даже рада. Но маленький… он-то чем виноват? Только тем, чей он ребенок? А еще – Вета боялась того, что станут пытать перед смертью. А эти ведь станут…

Попытаться уехать к дальним родственникам? Но все уже знают, что Вета Радич погибла, и если теперь она явится к ним, это может вызвать тысячу ненужных вопросов о том, кто отец ребенка.

И никого из прежних друзей или знакомых она не могла найти по той же причине…

В монастырь? Но ведь ребенок…

Попытаться найти лорда Лестина? Вета боялась. Он либо уже арестован, либо ждет ареста, а значит, помочь ей ничем не сможет, скорее наоборот… А больше – к кому? Марч арестован тоже, сказал тогда герцог, а всем остальным доверять нельзя.

Значит, выходило одно: скрыться, затаиться, отречься от прежнего имени и титула, стать обыкновенной горожанкой или крестьянкой, как повезет. Родить и воспитывать ребенка в простой избе и, наверное, так никогда и не открыть ему настоящего имени отца. Вета горько усмехнулась.