Невольник с планеты Сан

Беря в руку кисть, она забывала обо всем вокруг, ничего не слышала и не видела, кроме цветка, на котором она всецело сосредотачивалась, пытаясь передать каждый нежный оттенок, свет и тепло, исходившие от этого прекрасного чуда природы, коих так мало на их собственной планете. Их цветы крошечные, невзрачные, привлекающие мушек-опылителей исключительно своей питательной ценностью, а не яркими красками. Цветы же с планеты Сан казались настоящим волшебством, совершенно нерационально истратившим массу бесценной энергии на бесполезную красоту.

Впрочем, именно бесполезное и привлекало тех, кто был полностью обеспечен всем полезным, в качестве диковинки или просто предмета, показывающего их достаток. Ухаживать за настоящими цветами было слишком сложно, часто они увядали, не прожив и пол-оборота, зато картины Сэди могли сохраняться и передаваться в наследство потомкам.

Добавляя то там, то там на почти оконченную картину крошечные мазки, Сэди погрузилась в привычное состояние транса, при котором она напрочь забывала о существовании окружающего мира.

И когда позади вдруг раздался громкий мужской голос, кисточка выпала из ее внезапно обессилевшей руки прямо на пол, а сама она обернулась так резко, что едва не впечаталась спиной в собственный холст. Несколько мучительно долгих мгновений Сэди с ужасом глядела на высокого молодого санийца, развитые мускулы которого не скрывала даже серая просторная рубаха — часть униформы невольников в господских домах. В ее сознании промелькнули страшные мысли о восстании невольников, о побеге не получившего очередной дозы лекарства сумасшедшего самца, решившего напасть на их дом, пока она наконец не вспомнила о своем сегодняшнем приобретении.

Подкосившиеся было ноги осторожно отступили подальше от почти законченной работы. Сэди недовольно посмотрела на невольника, посмевшего нарушить ее покой.

— Глэдис разве не сказала тебе, что заходить сюда можно только в случае пожара? — спросила она, надеясь, что он не заметил ее недавнего страха.

Во всех руководствах по обращению с невольниками сказано, что хозяева могут делать с ними что угодно, запрещено лишь одно: категорически нельзя показывать свой страх или слабость перед этими существами.

Саниец молчал, внимательно изучая ее большими темными глазами с макушки до голых ступней, на которые при падении кисти попало несколько капель алой краски. Его взгляд задержался на этих каплях, и Сэди переступила с ноги на ногу, надеясь, что он не бросится сейчас оттирать ее кожу от грязи.