Свести с ума дракона

При всем при этом он был относительно терпелив к ее язвительным замечаниям, игнорировал ее грубость, когда она уставшая срывалась на нем, приносящем ей еду. Он кормил ее. Да и в целом не обижал.

Розалин поднялась на ноги, стянула с себя ночную сорочку и надела первое попавшееся платье, не утруждая себя ни майкой, ни чулками. Свои сапоги надевать она не стала, оставаясь в ночных тапочках. Времени возиться со шнуровкой не было.

Прислушавшись, Розалин различила только судорожное тяжелое дыхание. Совесть снова сжала сердце виной, и она направилась вниз.

Ей было не впервой разгребать последствия ее капризов.

Осторожно приоткрыв дверь, Розалин выглянула наружу. Дракон лежал на боку недалеко от огненной стены и пытался зубами выковырять занозы. Рядом с его головой уже валялись несколько окровавленных ножей, но Розалин прекрасно помнила, что импровизированных кольев было гораздо больше.

Стоило ей шагнуть на каменные плиты, как дракон застыл, явно услышав ее. Однако он не повернулся, ничего не сказал – вернулся к своему занятию, судорожно дыша каждый раз, когда наклонялся к лапам.

Розалин медленно подходила к огнедышащему ящеру. Золотисто-желтая шкура блестела в лучах солнца, проникающих сквозь трещины на потолке грота. Вдоль всего позвоночника с высоким жестким гребнем располагался замысловатый узор из черных пятен и лепестков. Он сужался у лопаток и снова расширялся к хвосту, красиво оплетая внешнюю поверхность крыльев. Сам гребень, как и рога, был темно-коричневого цвета.

Огромные крылья сейчас были наполовину сложены и ритмично подрагивали в такт сердцебиения.

Длинный мощный хвост, завершающийся острой костяной иглой, нервно бил по земле, совсем как у кошки.

Розалин осторожно обошла дракона, перешагивая через покореженные и окровавленные ножи и лезвия. Удлиненная голова с серповидными рогами, загнутыми назад и вверх, снова наклонилась к лапам. Черные окровавленные губы приоткрылись, и дракон попытался передними зубами достать черенки обломившихся вилок и ножей.

Но обломки слишком глубоко сидели между его пальцев. По лапам на каменные плиты сочилась темная кровь.

Узкие черные ноздри раздулись и судорожно дрогнули, из груди дракона вырвался рык, но на Розалин он не посмотрел. Приоткрыв губы в гримасе боли, он порывисто выдохнул.

– Добивать пришла?

– Вовсе нет.

Розалин подошла ближе и виновато опустила голову. Огромные драконьи лапы были все усыпаны острыми обломками и сильно кровоточили. Стало очень стыдно.