Ни слова о ведьмах!

- Эрика…

Я широко распахнула глаза от знакомого голоса. И чуть не расплакалась, когда ко мне на плечо внезапно спланировал Шторм.

- Ты жив, - неверяще прошептала я.

Провела рукой по его иссиня-черным перьям. С величайшим трудом сдержала себя от желания привлечь его к себе изо всех сил.

- Ты жив!

Я уткнулась в перья ворона. Прильнула к нему го со всей силой.

Это был мой ворон. Мой фамильяр. И я думала, что мы больше никогда не встретимся.

- Шторм! – Я изо всех сил стиснула тело птицы. Уткнулась в перья – и вдруг заплакала.

- Эрика! – Шторм бестолково захлопал крыльями рядом. - Я с тобой, я здесь.

Я продолжала рыдать. Изо всех сил прижимала к себе фамильяра, чувствуя, как наша сила бьется в унисон.

Какое-то время было тихо. Ингмар, хвала всем богам, ничего не говорил. А я просто держала в руках Шторма, чувствуя, что мы опять вместе.

- Господин Вейн?

Негромкий вопрос заставил меня вздрогнуть. Я сидела, судорожно прижав к себе Шторма. И, наверное, надо было убить меня, чтобы я разжала свою хватку.

- Наверное, я не вовремя.

Около порога смущенно мялся высокий мужчина лет сорока. Сухощавый, темноволосый, с благородной сединой на висках. Он смущенно перевел взгляд с меня на Ингмара и опять посмотрел на меня.

Ну да. Представляю, о чем он подумал. Не каждый день видишь в кабинете начальства зареванную девицу.

- Полагаю, Вильям, будет лучше, если ты зайдешь чуть позже, - пробурчал Ингмар. – Госпоже Блейс нужно немного успокоиться перед разговором с тобой.

После чего встал и подошел ко мне. Протянул белоснежный батистовый платок с вышитой в углу монограммой.

Я послушно промокнула глаза и услышала, как дверь после этого захлопнулась. Видимо, Вильям поспешил уйти, не желая присутствовать при столь драматической сцене.

- Воды? – Ингмар вернулся к столу и щедро плеснул в бокал из хрустального графина, не дожидаясь моего ответа.

Я сделала несколько жадных глубоких глотков, отчетливо стуча зубами по тонкой кромке. Затем поставила бокал на краешек стола и украдкой взглянула на Ингмара, который по-прежнему стоял рядом.

- Прости, - негромко обронила, чувствуя себя почему-то виноватой.

- За что ты просишь прощения? – с легкой ноткой недоумения поинтересовался Ингмар. Принял из моих рук бокал и поставил его обратно на стол.

- За мои слезы, - неохотно пояснила я. – Просто… Просто когда я увидела Шторма… Я думала… Я боялась…

И судорожно вздохнула, ощутив, как глаза опять опасно увлажнились.