Свеча мертвеца

Ее Высочество играла самозабвенно, с головой уйдя в музыку, напрочь забыв про нотные листы. Ее, казалось, не волновало ни повышенное внимание зачарованных гостей, ни присутствие среди них новой любовницы мужа, ни надвигающийся развод, ни сплетни и пересуды, ни предстоящий разговор, о чем бы он ни был. В ее прикрытых глазах светилось торжество.

Я смотрела на эту невозможно красивую, невыразимо довольную собой и своей жизнью женщину – и обреченно думала, что или я окончательно перестала что-либо понимать в людях…

Или там, в моем далеком белом домике на болотах, Рино поймал совершенно не того человека.

Глава 16. Драма шестнадцатилетней принцессы

Две женщины – источник сплетен. Три – шабаш. Четыре – скандал. А пять – это вообще из книжек про девочек-волшебниц!

Леди Джиллиан сидела прямо. В огромном кресле с массивной спинкой, украшенной узором из позолоченных (золотых?) листьев, она казалась маленькой и хрупкой. Ослепительная белизна кожи контрастировала с темно-алой обивкой. Кончики изящных атласных туфелек, выглядывающих из-под расшитой верхней юбки, покоились на резной скамеечке для ног.

Если бы меня спросили, как выглядит воплощенная женственность, я бы тут же ткнула в нее пальцем, дабы не заморачиваться поисками метафор.

Закончив выступление и проводив гостей, Ее Высочество сразу взялась за вышивку – кажется, она вовсе не умела сидеть без дела – и теперь я с нарастающей неловкостью наблюдала, как игла в свете ламп перемигивается с тяжелым фамильным перстнем Ариэни на ее пальце.

Двое оставшихся фрейлин с натянутым весельем щебетали о чудесной игре и демонстративно не обращали на меня внимания.

Принц носил на цепочке совершенно другое кольцо. Женское, несомненно, но простенькое и тоненькое. Такое не подобает принцессе.

Я отнюдь не первая, ради кого он отвернулся от своей жены. Только какого черта ему это вообще понадобилось?

Ведь наверняка еще можно было как-то спасти этот брак. Ценой скандала, может быть, судебного разбирательства и пересмотра договора, - но спасти.

Остаться с ней, с ее светлой, непередаваемой улыбкой, со всей выгодой, которую может принести принцесса Иринеи… С нелюбимой. Не любящей. Но разве Его Высочество не знал, на что шел?

И откуда у меня стойкое ощущение, что третий принц Ирейи ловко подставил не только меня, но и собственную жену красиво использовал?

- Вам, должно быть, придворные обычаи кажутся странными, - мягко сказала Ее Высочество, дождавшись паузы во фрейлиновых хвалебных одах.