Артефаки. Часть 2

— Как же она выступала? — Я кое-как преодолела ступор.

Он не ответил. Продолжил говорить о чём-то своём. Возможно о том, о чём давно хотел выговориться.

— Она попала в больницу с инфарктом. Случился прямо на сцене. Когда её привезли, врачи заметили, что у неё нет ногтей на ногах. Оказалось, она выступала с переломанными пятками. Кровоснабжение нарушилось. Ногти на ногах крошились. Но она выступала. И никому не говорила.

— Эм. — Более дельных мыслей в голове не появилось.

А Джордан Сандерс продолжал черпать ложкой супчик, будто его эта история не особо трогала.

— Ну, я настоял на прекращении карьеры и лечении. Оплатил операцию. На сердце, на ногах. Она раз семь ложилась под нож. Последний под минимальным наркозом, потому что её сердце уже просто не выдерживало.

Он поднял голову и уставился на экран монитора. Я внезапно заметила, что у мужчины небесно-голубые глаза. Когда на них падал яркий дневной свет, они становились похожи на кристально чистое озеро. Потом он опустил взгляд, и его радужки потемнели.

— Она год передвигалась на костылях. Потом ходила с палкой. Хромала. Но ходила. А потом… — Он отпил чая и начал разворачивать фантик конфеты. — Потом она вернулась на тренировки в балетную школу. Ходила туда что-то около полугода, дорвалась до выступления. И упала на генеральной репетиции с высоты двух метров, там вроде такая декорация была. Сломала бедро, колено, вывихнула плечо. Ходить она больше не может, в общем.

Я молчала.

Мой собеседник посасывал конфету.

— С каким артефактом она выступала? — Прошла, наверное, минута, прежде чем я решилась разбавить тишину.

— С особым.

— Ни один артефакт не способен удержать на ногах переломанный скелет, тем более, в балете.

— Это не так, — гаденько улыбнулся миллионер.

— Такой артефакт в магазине не купить, я правильно вас поняла?

— Я в таких тонкостях не разбираюсь, — соскользнул с темы мистер Сандерс.

Если в начале нашего разговора у меня ещё зрело желание отдать ему кольцо Линды, то сейчас я скорее бы удавилась, но не позволила прикоснуться к артефакту.

— А где были вы? — Ярость, кипевшая внутри, требовала выхода. — Как вы это допустили?

— Я уже не был её мужем на тот момент, — без особого раскаяния заявил тот.

— Можно я угадаю? Вы развелись, когда она пережила все операции, и ей предстояла тяжёлая реабилитация?

— Ты угадала, — равнодушно кивнул миллионер.

— Вы бросили жену в самый тяжёлый период её жизни, — тихо подвела итог. — О, нет, не переживайте. Я не осуждаю. Это нормально.