Артефаки. Часть 3

— Вам с этого что? — тон стал ледяным.

— А мне обязательно должно что-то быть?

— Да.

— Так у тебя есть какие-то идеи? Может, тебе нужны подсказки?

— Нет. Ничего не надо. — Я стиснула зубы, почувствовала, как от напряжения втянулись скулы. Мой взгляд готов был испепелить мужчину.

Первое… вернее, единственное, что приходило на ум — он продался. Юргесу. Уэльсу. Да кому угодно. Нашёл меня тут, залил душещипательную историю про дочь, попытался выведать хоть что-то про артефакт… может быть, и бороды у него вообще никакой нет.

Грим.

Меня начало тихонько колотить. Понимая, что ещё немного и истерики не избежать, я из последних сил глубоко вдохнула и, насколько было возможно, спокойно сказала:

— Ладно. Извините. Мне нужно идти.

— Понимаю.

Хуан Хи выдержанно кивнул и отступил на шаг назад, будто почувствовал, насколько меня напрягает его присутствие.

Я развернулась, сбежала по двум широким ступенькам, а потом вдруг замерла.

Постояла секунду.

Обернулась.

Поднялась.

Две ступеньки.

— Вас прислал мой отец?

— Он звонил, — не стал отпираться Хуан Хи. — Просил тебя оставить.

— Но вы здесь и хотите мне помочь. Почему?

— Возможно, это в моих интересах.

Такой ответ вызвал зашкаливающий скачок тревожности. Тем не менее, с выдержкой опытного хирурга продолжила мысль:

— Мне нужна помощь.

У меня была идея. Был рыхленький план.

Не было только мага.

Глава 6

Мы встретились следующим утром.

Он был всё таким же: худым, словно иссохшее дерево, горбатым, с недостаточно промытыми волосами, чёрными глазами и выжигающим душу взглядом. Мне, как и в первую нашу встречу, захотелось обвеситься оберегами от зла, хоть я и не верила во все эти штуки.

— Спасибо, что пришёл, — сказала аккуратно, переминаясь с ноги на ногу перед больницей.

— Я пришёл, чтобы лично послать тебя нахер. — Корни выдавил из себя ядовитую улыбку.

— Понимаю. — Кивнула.

— Понимаешь?! — Он фыркнул.

— Да.

— Ты, Берлингер, ни хрена не понимаешь.

— На что именно злишься?

— Ну ты же понимаешь! Вот и ответь!

— Тогда зачем пришёл? — выгнула бровь.

— Чтобы закончить эту фигню сраную.

— Помнится, ты сказал, что готов помочь мне сделать артефакт.

— Да, знаешь, я это сказал, когда ты была нормальной!

— Что это значит? — холодно уточнила.

— Ты, блин, была собой, а не этой зажравшейся тварью.

— Поясни.