Любовь по-драконьи

И кстати!

– Где Алена?

От промелькнувшей мысли меня бросило в холодный пот, и, неуклюже повозившись, я все-таки умудрилась сесть. Про Аленку Линда ведь вообще ни слова не сказала, а это может означать, что…

– Алена где? – с нажимом повторила я, уже представляя себе ее истерзанное тело, висящее на цепи в одной из чистых белых камер подземелья.

Если Свэн ее растерзал, то на Второй континент мне можно не возвращаться: волчий билет за профнепригодность обеспечен. Даже если и удастся доказать свою невиновность (хотя в данной ситуации я скорее пострадавшая сторона, но кого это волнует), то все равно пятно на репутации останется.

Как говорят гномы про людей: камушки-то нашлись, а осадочек остался. К тому же переселенцев не так много, и трагическую гибель одной из них, тем более от рук «деспота и тирана с соседнего континента», обязательно осветят в прессе.

Богиня-Мать! Ну чем я тебе настолько насолила?! Обещаю: еще одна подобная ситуация – и я однозначно сменю вероисповедание! Выбор благо есть.

– Да лежи ты! – воскликнула Лин, пытаясь уложить меня обратно, но я упорно сопротивлялась. – Да в порядке с ней все! – выкрикнула драконица. – За бабезьяной твоей Дырокол приглядывает. Он единственный, кто хоть как-то может с ней общаться.

– Линда! – привычно возмутилась я. – Он не Дырокол, а Дыра…

– Да знаю я, – также привычно отмахнулась она. Эта мелкая язва всегда коверкала имя друга Мессира, хорошо хоть не при всех.

– Она не пострадала? – задала следующий животрепещущий вопрос я.

– Если ты сейчас о гаргарах, – поморщилась Линда, – то Алена отделалась мелкими царапинами и ссадинами, в отличие от тебя, а если о брате, – заставив меня не на шутку занервничать, сделала драматическую паузу она, – то нет, он ее, к сожалению, не убил и даже пальцем не тронул, хотя следовало бы, – зло подытожила Линда. – Эту бабезьяну вообще, по уму, выдрать бы не помешало. Розгами, моченными в соли.

И на колени на сутки. На горох с гречкой!

– А ты злая, – ошарашенно протянула я, неприятно удивленная как словами Линды, так и ее познаниями в области древних пыток. Такой я сестру Мессира еще не знала и, глядя в зло сузившиеся черные глаза на заострившемся лице, понимала, что даже узнавать не хочу. Кажется, милая маленькая смешливая девочка выросла в высокую, красивую и довольно жестокую девушку. Драконица, одним словом.