Аля и Зверь

Я не принадлежала этому месту и ужасно не хотела здесь жить, и пусть здесь сказочно красиво, я не желала зависеть от чьих-либо решений, кроме своих, не хотела быть ни игрушкой в чужих властных руках, ни средством для достижения целей, ни бонусом к победе. Единственное, чего мне хотелось, так это вернуться в свою маленькую ипотечную квартирку на окраине Питера, к своему коту, подгорелой овсянке и вкусному кофе по утрам, к Ирке и друзьям, к дождям и редкому солнцу, к комфортной обыденности без опасных артефактов и опасных людей, снова стать хозяйкой собственной жизни.

И пускай такой ценой… Но безответная любовь — это не мое. Я не готова была положить свою жизнь на её холодный алтарь. А время залечит мои раны...

Теперь одной стороне весов была моя беззаботная нормальная жизнь обычной девушки безо всякой борьбы за власть и огненной магии, а на другой был Инквизитор, со своими опасными стремлениями и тайнами, которыми не желал делиться… Со всем этим я чувствовала себя чем-то незначительным и микроскопически мелким рядом с ним и его непомерными амбициями.

А ведь всё было бы совсем иначе, не желай он власти над Белыми Холмами куда больше, чем меня…

В тихий звук редких капель, падающих с желтого латунного крана в теплую воду, вмешался мерный звук приближающихся тяжелых шагов. Они помедлили у двери в ванную, затем дверь распахнулась, являя Инквизитора. Он переоделся и выглядел посвежевшим, но недовольным. Должно быть, я сидела здесь гораздо больше, чем было отведено.

Чтож, видимо, это последние наши с ним часы, и стоило провести их так, чтобы запомнить на всю оставшуюся жизнь. Я неспешно, глядя прямо в любимые темные глаза, поднялась из воды, и шагнула ему навстречу.

27. Приоритеты

И всё началось бы именно так, как и планировалось, не наступи я мимоходом на тряпкой валявшееся под ногами злосчастное платье, а именно, на кровожадно оттопыренный карман, а именно, на проклятое кольцо, а и-и-именно на острый твердый камень, в это проклятое кольцо вправленный.

Эротический перфоманс потерпел сокрушительное фиаско уже на второй секунде, как только я, поминая попеременно имя господне всуе и чью-то мать, неэстетично заскакала на одной ноге, двумя руками крепко держась за стопу другой и разбрызгивая кровь по всему полу. Чудом не навернулась, едва не добавив в придачу к травме ноги еще и черепно-мозговую.