Шарэттэ

- Да что ты себе позволяешь? - гневно закричала, и мое эхо испуганным зверьком разбежалось по округе, спрятавшись в многочисленных ямках и впадинках, пробитых кем-то неизвестным на всевозможных плоскостях.

Самонадеянный некто никак не отреагировал на брошенные в его адрес слова, продолжая рассматривать меня. Отойдя от него еще на некоторое расстояние, я быстро произвела осмотр новой локации, однако, та ничем не отличалась от старой. Вокруг все те же скалы, камни поменьше и…. скалы. Оригинальный и освежающий ландшафт, а главное! как сильно он отличался от увиденного ранее.

На мой вопросительный взгляд незнакомец указал рукой за свою спину, где я обнаружила темнеющий вход, ведущий в неизвестность. Он был низким и узким, но достаточным, чтобы пройти в него без ущерба для здоровья. Арка входа была увита стеблями какого-то растения, притом что они практически не встречались в этой местности.

Путь по прохладной каменной дорожке, еще не прогревшейся за раннее утро, я проделала медленно, чутко реагируя на каждый шорох и ожидая удара от следовавшего за мной мужчины.

Последний держался уверенно и спокойно, и, отдать ему должное, вперед меня не подталкивал, никак не обозначал свое превосходство. И на том спасибо.

Через короткий переход с единичными ответвлениями перед нами предстала средних размеров округлая пещера. Царивший там полумрак успешно вел борьбу с проникавшими через крохотные «окошечки» в потолке лучиками света.

Легкий ветерок, гулявший по помещению, как шкодливый ребенок, приводил в движение обилие резных фигурок, выполненных в виде загадочных животных и затейливых инструментов.

Они висели на ниточках, прикрепленных к стенам каскадами, и походили на "музыку ветра": и по внешнему виду, и по тому тихому мелодичному перезвону, что создавали.

На полу, на импровизированных лежаках пёстрым многоцветьем размещались ковры и покрывала, от огромных до размера с носовой платок, что напоминало мануфактурную фабрику, репортаж о которой на днях показывали по телевизору.

По центру комнаты стоял темно-коричневый стол, из-за долгого и скорее всего частого использования его поверхность превратилась в глянцевую: она темным зеркалом отражала потолок с его "окошечками", создавая ощущение звёздного неба.

К дальней стене была приставлена кроватка, вроде детской, с высокими бортиками, ее содержимое скрывалось от чужих глаз очередным цветным покрывалом.