Идеальная помощница Растифора

— Еще?! — В скрипе скелета улавливалось явное удивление.

У меня мурашки уже не бежали по коже, а носились со скоростью света!

— Да, сегодня день открытых дверей, — недовольно покосившись в мою сторону, бросил Растифор. — Еще никто толком не пришел, а уже хочется их закрыть.

Скелет, проскользнув мимо, поманил меня за собой, кратко сообщая о своих намерениях, заставивших поежиться:

— Идти сюда. Я греть.

— Не ходи, Ада, — пробубнил правый заяц, прижимаясь к левому, — страшно представить, как оно тебя греть будет.

— По-моему, Бустиар больше нам рад, чем сам хозяин дома, — ответила я, с некоторой обидой глядя на замершего истуканом Растифора. Тот никак на меня не отреагировал. Прижав руку к уху, он стоял закрыв глаза и чуть склонив голову.

— Эй, — позвала я его, собираясь напомнить про обещанную еду и вообще поговорить о деле.

— Нет, — проскрипел скелет, привлекая мое внимание. — Не слышит гости. Ушел.

Я “переварила” сказанное и снова посмотрела на Кайрида. Да, тот и правда выглядел так, будто отошел… тронулся умом.

Медленно поднимая руку, он несколько раз кивнул. Из глаз каффа в его ухе брызнуло красное сияние.

— Инфракрасный порт, что ли? — критично разглядывая открывшееся зрелище, предположил правый заяц.

— Магия, — грустно ответил левый. — Кажется, здесь все замешано на волшебстве.

— Гости, — напомнил о себе Бустиар, вставший в проходе. — Я проводить.

Не теряя больше времени, я быстро прошлепала босыми ногами за скелетом, бубня на ходу:

— Какой неприветливый, мрачный, странный мир.

Неудивительно, что здесь и люди такие же… То гонят, то приглашают, чтобы потом снова забыть о твоем существовании. Какой-то бред, честное слово.

Скелет медленно двигался вперед, стараясь держаться на расстоянии: то ли обо мне волновался, чтоб я его не боялась, то ли за себя переживал — не знаю.

Из гостиной мы вышли в небольшую прихожую, также выдержанную в темных тонах. И уже оттуда завернули влево, в просторную, неожиданно светлую кухню.

Мне сразу понравились два больших окна, наполовину занавешенные ярко-сиреневой тканью с оборками по краям — совсем как в моем мире.

Пол был наливной, как и в гостиной, зато нежно-голубого цвета. Стены выкрасили в розовый… Мебель же вся оставалась белой и странной: вместо привычной плиты справа стояла громоздкая махина, занимая всю стену. Это была помесь старинной печи и нашей техники одновременно. Каменная бандура выглядела внушительно — метра три вверх, под самый потолок, и четыре — в стороны.