Проклятые за любовь

В свете, льющемся из панорамных окон, его взъерошенные светлые волосы отливали золотом. – О! Твой дворецкий, этот старый хрыч, не сказал, что ты с женщиной. Прошу прощения, что помешал вам. Хотя ни о чем не сожалею. Нечасто можно увидеть Сент-Джеймса в такой пикантной ситуации.

– Эндрю, - простонал Деймон, поднимаясь с пола. – Закрой рот.

Зеленые глаза Эндрю хищно блестели, когда он подходил к ним. Виола же застыла в оцепенении. Она узнала этого мужчину, хотя и видела его лишь мельком. Именно он привел вчера констебля.

– Теперь я готов понять, почему вчера ты так поспешно сбежал. Если бы меня ждала такая прелестная нимфа… Моя леди*, – произнес, и Виола была уверена, что он намеренно неправильно поставил ударение, – позвольте представиться. Мистер Эндрю Уайт к вашим услугам. Этот сухарь вам наскучил? Надо же, додумался притащить леди в пыльную библиотеку! Не представишь нас, Сент-Джеймс?

– Это ни к чему, мистер Уайт, – в ее голосе звучал холод, способный заморозить воздух вокруг. – Вчера на площади вы были не так любезны и словоохотливы.

Возможно, она играла с огнем. Но рядом с Деймоном она чувствовала себя в безопасности. И если виконт доверяет этому мужчине, то ей нечего опасаться.

– Надо же, – протянул Эндрю. В его взгляде мелькнуло узнавание. – Ты так распалился вчера из-за этой ведьмочки, что бросился ее спасать? Хотя, признаться, нечто подобное я предполагал. С твоим-то стремлением к справедливости.

– Меня зовут Виола. А не ведьма. И тем более не ведьмочка.

– А вы остры на язычок, мисс Виола, - его губы растянулись в улыбке.

– Если об этом узнает хотя бы одна живая душа, убью, – прорычал Деймон, не спуская с друга тяжелого взгляда.

– Не ревнуй, приятель. Я не дурак идти против тебя, Сент-Джеймс, – процедил сквозь зубы. – Тем более мог и спасибо сказать. Я все утро мчал сюда, как последний идиот. У меня есть что тебе рассказать. Не извините нас, мисс? Я бы побеседовал с другом наедине. Мужские секреты не предназначены для нежных девичьих ушек, – тон его смягчился и стал тягучим и сладким как свежий, еще не засахарившийся, мед.

– Оставайся здесь, Виола, – вмешался Деймон, смиряя друга недовольным взглядом. – Моя библиотека в твоем полном распоряжении. А с тобой мы пообщаемся в кабинете, Уайт.