Дороги Солана

Проглядывали все кости и косточки, а ведь сам костяк довольно крупный, ростом выше двух метров будет, это сейчас он все время согнут и плечи безвольно упали вперед, ссутулив и без того согнутую фигуру.

С Тураном мы не разговаривали, он почему—то злился, а мне было тяжело смотреть на изможденного человека. Стало стыдно за свои мысли, что я его брошу, я старалась задавить в зачатке своего зверя, которого называют по ошибке совесть. Но она уже расправила плечи и подняла голову, поэтому с печалью понимала, у меня новый подопечный.

Совсем недолго я была свободной. Все это я думала, а руки сами намыливали мочалку, сплетенную из сухой травы, куском непрезентабельного, но пахнущего травами мыла, а потом усиленно сантиметр за сантиметром натирала твердую, как камень кожу.

Он оказался бледнокожим, если бы не узоры из шрамов и худоба, я бы не сказала, что он старик. Когда мы добрались до хозяйства, надо сказать впечатляющих размеров, то посмотрели, друг на друга не решаясь, кто будет мыть. Я решила, что это может подождать и стала мыть голову, активно плеская водой, черпая её ковшиком и стараясь скрыть смущение.

А Туран даже покраснел. Волосы пришлось остричь. Разобрать всю эту красоту не получалось, они так слежались что превратились в вяленый кусок кошмы, поэтому Туран без всякого сожаления отрезал все что было длиннее пару сантиметров, оставляя на голове серый ёжик. Глаза моего подопечного все также открыты и без сознания, покрытые какой—то белесой пленкой, странный какой—то нищий. И точно не человек... или бывший маг, потому что мужика без бороды или щетины я здесь еще не видела. Может у него в предках эльфы были, те говорят безбородые.

Хозяйство всё—таки пришлось мыть мне, мальчишка при этом отвернулся и не смотрел, а мне стало смешно. Господи, это ж надо было в другой мир попасть, чтобы мужику причиндалы мыть, еле сдержалась, чтоб не засмеяться. Вещи пришлось позаимствовать у Нира, был он намного крупнее сына и даже его одежда, еле налезли на моего «деда», его обновленная внешность как—то не подходила для старика, поэтому решили его без плаща не выгуливать.

Потом мужики сидели и ждали, когда я ополоснусь. Отошла недалеко, чтобы не наткнуться на других попутчиков, голоса которых мы иногда слышали. Мылась быстро, ледяная вода не давала насладится. Потом мы с матами довели чистого деда к костру, вокруг которого уже во всю кашеварила Сайма. Все—таки придется сегодня рассказывать о своем побеге, вон как с интересом зыркают.