Хамелеон

Непроизвольно шарахнулись от меня, и я увидел заалевшие от стыда щёки. Парни, стараясь исправиться, неуверенно приблизились, но принц оказался не так уж и плох.

— Я извинюсь. Пошли! — принял он решение, и я повёл его в свою комнату. Тени шли следом. Даже тот, чья рука была вывихнута.

Диана приняла извинения, но выглядела при этом совершенно ошарашенной. Только я не ограничился одними извинениями. Уверенно приказал принцу:

— Проводи её до комнаты. Из-за тебя она плакала. Надеюсь, такое больше не повторится.— Принц даже не поморщился.

Кивнул и пропустил Диану вперёд.

— Дик… — бросилась ко мне и прижалась, сияя глазами.

— Я устал. Хочу спать. Да и тебе отдыхать пора. Иди к себе. Увидимся завтра, — сказал я ей.

Её сияющий взгляд впервые не напомнил мне маму. Мама по большей части была сосредоточенной и строгой. Она заботилась обо мне, в этом проявлялась её любовь. Я замечал, что она могла ходить в латаных ботинках, но мне она обязательно покупала в школу хорошие вещи. Я никогда не выделялся в худшую сторону.

У меня был такой же смартфон, как у всех, и вся необходимая техника и шмотки. Но сама она долго ходила со стареньким телефоном, пока я не подрос до получения паспорта и не начал подрабатывать. Тогда я сам купил ей хороший телефон. Её глаза были полны слёз, когда она взяла его в руки. Она была очень сдержанной: я не видел ни её слёз, ни её улыбок.

Я обнял ладошки сестры. Оторвал от моей груди и вздохнул. Тяжело ей со мной придётся. Не реагирую я на неё так, как ей хочется. Но я как смогу постараюсь компенсировать это чем-то другим.

Когда мы разобрали свои постели, Гай вначале спросил про наказание и то, как я справился с пауком. Я не стал распространяться о своих методах усмирения чудовищ и предложил спать. А вот после его просьбы учиться дракам отложил разговор на утро. Если встанет, то будем смотреть. Может, он меня на мечах будет учить, а я его — самообороне без оружия? Для этого многое из самбо придётся вспомнить. Но и с этим я справлюсь.

Утром, проснувшись ни свет ни заря, я посмотрел, как Гай резво вскакивает.

С щенячьим восторгом он спросил, согласен ли я его учить. Тут уж ничего не поделаешь. Придётся. Но я потребовал в обязательном порядке ответного обучения мечом. Он дружелюбно согласился, и я потащил его, полусонного, на пробежку и растяжку. Он даже не начинал ныть — так сильно хотел учиться незнакомым приёмам. Был сосредоточен и собран. Я нашёл подходящий полигон, и мы пробежали достаточно кругов, чтобы взбодриться.