Хамелеон

Отбрасывая по сторонам ошмётки от стола и наступая на осколки посуды. А я уже чувствую, что хочу встать в стойку и выставить блок. Нет. Надо срочно бежать.

И я, как трусливый щенок, бросился прочь. Сзади раздавался мощный рёв, но я слышал, как Диана крикнула:

— Отец, не надо!

Кажется, он её послушался, и меня не преследовали.

Выбежав из здания, сразу замедлил ход. А проходя между деревьев, посаженных в красивую аллею, двинул по стволу кулаком. Разбил руку и потом с удивлением и интересом наблюдал, как рана прямо на глазах затягивается… Я встал за это дерево и облокотился на него.

Мне нужно было какое-то сражение. Душа рвалась. Стремилась стереть это пятно позора. Кровью врага. Неважно какого. Как же унизительно! Я бежал, как последний трус. Но я не такой; от этого только тяжелее.

Я повернулся к стволу. Уткнулся в него лбом и засунул руки в карманы. Неожиданно сзади меня обняли за талию тёплые девичьи руки. Я вздрогнул и хотел зарычать, но вдруг понял, что чувствую аромат. И это знакомый запах.

Диана.

Пришла утешать непутёвого братца. Прижалась к моей спине. От неё исходили волны сочувствия. Я хорошо чувствовал её эмоции. Вероятно, это у оборотней такие возможности наряду с запахом и регенерацией.

— Отец приказал тебе не появляться перед ним до того, как мы уедем, — тихо прошептала девушка.

Я тут же понял, что это к лучшему. Вспомнил сервированный и вскоре разгромленный стол. А я во всяких правилах приличия ни бельмеса не понимаю. И в том, какую вилку брать, вообще ни в зуб ногой. К счастью, теперь есть время это всё выучить.

— Подгони книгу по этикету, — буркнул я сестре и повернулся к девушке. Её взгляд из грустного стал строгим.

— Нашёл что повторять. Да ты нужный поклон даже во сне сделаешь. Лучше бы подучил владение мечом.

Я не стал спорить, но напрягся сильнее. Если этикет в этого парня настолько вбит, то я проколюсь гораздо раньше, особенно если буду высовываться из своей комнаты. Так что на оставшееся до отъезда время я — затворник.

— Эту книгу тоже принеси, — сказал я решительно, а потом добавил: — Неси всё, что я изучал.

Хочу освежить память.

Диана так удивилась, что отпустила меня и отступила назад, внимательно разглядывая.

— Ты же никогда не любил читать.

Я не стал отрицать.

— Я и сейчас не люблю. Но буду, — сказал твёрдо и пошёл искать свою комнату.

Правда, вышло так, что зашёл через вход для слуг. Краем глаза отметил, что живу в нехилом особняке. Но при этом ловил жалостливые и слегка презрительные взгляды слуг.