Капкан

— Безымянная планета, — как-то подозрительно мягко ответил белый конь, и я глупо на него уставился, всё ещё мысленно спрашивая, — какого Хемингуэя здесь-таки происходит?

— Но как, как такое возможно? Зачем вы притащили меня сюда? — готовая плакать от отчаяния выдохнула я, мысленно измеряя примерное расстояние до дома и думая о том, как туда попасть.

— Мы никого сюда не звали! Больно надо!— возмутился рыжий.

— Планета сама тебя притащила, нужна ты ей зачем-то.

— Но зачем?

— Вы, чужестранки, приносите в этот мир богатырей.

«Вот так я и думала! Нет чтоб девушку для каких-нибудь высших целей похитить. А то, как не история, так рожай им, тоже мне нашли инкубатор!»

— И что, много их было, чужестранок жаждущих родить богатыря и спасти планету?

— Немного. Но пока ни одна из них не сняла проклятия.

— Проклятие, вы серьёзно? Прости, но это уже полнейший бред! Я на это не подписывалась и хочу домой! Быстро верните меня обратно! — грозно уперев руки в боки и впившись взглядом в самого безопасного, на мой взгляд, скакуна белого цвета практически прорычала я.

— Дор-р-рогая, моя, не в нашей власти вернуть тебя на Зе-е-емлю, да и это практически невозможно, если ты качественно не и-и-исполнишь свой долг!— распинался рыжик как старый дед.

Вместо того чтобы что-то ответить я просто возвела глаза к небу и, увидев родную планету, завизжала от досады так громко, что даже мирные птички разлетелись в стороны.

— Всё сказала? — наконец-то подал голос чёрный молчун. — А теперь послушай внимательно! Безымянную планету проклял дракон, стерев все упоминания о её имени и истребив всех носителей этого знания. С тех пор как оно кануло в Лету, планета стала медленно погибать.

— Но она очень мило выглядит, я видела оттуда, — зачем-то вмешалась в рассказ черныша, указав в сторону родной планеты, которую всё ещё видела над головой и никак не могла поверить в то, что она недоступна.

— Это только с этой стороны. С той, с тёмной, что невидна с Земли и сокрыта от солнца, она медленно исчезает. Все жители давно перебрались на сторону света, ведь там, откуда они ушли, осталась лишь вечная ночь и ничто, которое с каждым днём разрастается всё сильнее.