Волчья луна

Зачем он так о себе и что имел в виду? Дом на улице Шиповника весь пропитался тайнами, сама судьба привела сюда девушку — деньги к деньгам, секрет к секрету.

Вопреки опасениям, никто не остановил Шарлотту, не пристал с расспросами, и она благополучно отнесла наверх поднос с отваром и припарками. Завтра девушка прогуляется до аптечной лавки и докупит необходимые средства. Уже у самой двери хозяйской спальни экономку накрыло удушливое волнение. Гийом прав, ей следовало задуматься, куда она идет. Одна, ночью, к мужчине! «Он болен, — уняла предрассудки Шарлотта.

— И если Мишель непорядочен, воспользовался бы любой ситуацией, чтобы удовлетворить инстинкты, господин Бош не такой». Очередное воспоминание о былом поклоннике, а ныне враге напомнило о письме Анриетты. Кажется, девушка придумала, какую плату взять за лечение.

Кое-как удерживая поднос одной рукой, Шарлотта постучала.

— Войдите!

Дверь распахнулась, и на пороге возник темный силуэт Гийома. Он погрузился в любимый мрак, оставив только ночник на прикроватном столике.

Пламя робко трепетало, готовое в любую минуту погаснуть. Господин Бош хотел забрать поднос, но девушка качнула головой.

— Напрасно, вы можете упасть.

— А вы — уронить плоды моих трудов, — Шарлотта не привыкла тушеваться.

Даже теперь, когда болезнь медленно, но верно завоевывала тело, наливала его тяжестью жара, Гийом двигался поразительно легко, плавно, будто скользил во тьме. Он подошел к кровати и опустился на нее.

— Ну, приказывайте, мадемуазель!

— Свет режет вам глаза?

Шарлотта предпочла бы зажечь лампу, но, если она причинит беспокойство, не стоит.

— Привычка, — отмахнулся Гийом и продолжил после короткого приступа кашля. — У меня много дурных привычек.

— Я знаю, месье, я ваша экономка.

Девушка таки добралась до столика и благополучно поставила на него поднос.

Рожковый напольный канделябр нашелся быстро, в комнате стало светлее. Теперь Шарлотта смогла рассмотреть ее и, заодно, хозяина. Последний снял халат, оставшись в домашних штанах и расстегнутой рубашке.

Если бы не его совершенно больной вид, герой любовной сцены! Увы, глаза Гийома нещадно слезились, а нос тек, исключая даже теоретическую возможность пикантных приключений.

— Купание не пошло вам на пользу, — покачала головой Шарлотта и направилась к окну, чтобы закрыть его. — И сквозняки тоже.

— Не терплю духоты, — ответил за ее спиной господин Бош.

Судя по возне, он скинул домашние туфли.