Серебряная уточка

–Ленты, что покрыла твой лоб, будет достаточно.

Налобная лента Айны, та самая, которую она вышивала днём на ярмарке, была простой вещицей. Пара знаков солнца, да две танцующие птицы в самой середине. Красиво, но девица сделает таких ещё сотню и без особого труда. Она сняла ленту и протянула её предсказательнице.

–Славная работа, славная, – сказала женщина.

Спрятав ленту в карман фартука, гадалка молвила:

–Таких как ты и я немного на земле, девица. В тебе течёт кровь калева, а значит, родом ты от богов и можешь творить чудеса.

Слушай, не прерывай меня. У каждого из нас своё чудо. Я вижу то, что сокрыто, Аарн – песней может менять всё, что видимо. Ты же дело особое, чудо в твоих умелых руках, девица. Запомни: стоит лишь тебе чего-то пожелать, пожелать по-настоящему, прислушаться к себе в поисках нужного символа, а потом сесть за работу свою, большую или малую – всё сбудется лишь завершишь ты сплетать нити.

Сердце заколотилось точно раненное. Ах, как же страшно это звучало! Щёки и уши Айны горели.

Она ведь обычная, обычная девушка! Мать не носила её в утробе тридцать лет, не дано ей как в сказах рунопевцев творить волшебство, да как же это! Лучше бы и впрямь она спросила у гадалки имя жениха, да поплакала, услышав, что замуж никогда не выйдет.

Девушка выбежала прочь из залы, даже не попрощавшись. Ей нужно было вдохнуть вольный воздух, ощутить ветер, полный аромата близкой грозы, пробежать привычной дорогой, да запереться в маленьком доме, где прошло её детство.

Лишь под утро Айна смогла уснуть ненадолго.

Ей снились предсказательница и рунопевец, обернувшиеся красными птицами.

Сон, вязкий, как болотная грязь, оставил чувство неминуемой беды. Открыв глаза, она поняла: надо поговорить с гадалкой, расспросить хорошенько. Девушка бежала к Большому дому так спешно, что утренний воздух стал колоть её грудину изнутри.

В Большом доме она застала лишь вдову Хельми, которая мела полы.

–Не знаешь ли ты, где ночуют вчерашние гости: рунопевец и гадалка?

–Опоздала ты.

Велма и Аарн отправились ещё засветло в дорогу. Что ж тут дивиться: жизнь у них такая, много где поспеть нужно…

В тот день Айна сама была не своя. Будто в дрёме доила она козу и кормила гусей да уток, всего пару раз провела гребнем по спутанным волосам, а шитый зелёной чужеземной нитью поясок завязала поверх фартука кое-как.

Не приносила ей привычной радости и ярмарка, хотя сегодня Айна наметила поискать себе нитей да костяных игл для работы.