Серебряная уточка

Если бы был у неё младший брат – был бы это Сампо, с которым так весело кружиться под музыку! Да совершенно не страшно, если наступит она ему на ногу: братья-то на такие мелочи не обижаются.

Правда беспечная радость девушки быстро померкла, стоило лишь ей разглядеть в толпе того, кого искали её глаза с самого того мига, когда девушка вошла в зал.

Кауко был сыном кузнеца. Не было парня столь же славного, да столь видного. Много раз Айна, стыдясь собственных мыслей, задумывалась каковы на ощупь его светло-русые волосы, мечтала, как бы славно было бы жить в его доме, в семье, где все всегда были так дружны и веселы, где каждый был при деле.

Все в семье Кауко имели ремесло: мужчины трудились в кузне, женщины растили лён и делали красные гладкие нити для вышивки. Как бы славно Айне жилось вместе с ними!

Сейчас Кауко танцевал с Элли. Говорил ей что-то на ходу, а та – звонко смеялась. Айна с досадой узнала ткань из которой была пошита белая рубашка девушки. Уж очень хорошо она помнила, как ждала восьмой день прибывающей луны, чтобы вынести полотно на снег…

Затихла музыка, в центр зала вышел незнакомец.

Борода его была седа, но немощным он не выглядел. Оттого, трудно было сказать сколько ему лет. Было в нём что-то от птичьего рода, Айна не могла сказать, что именно. Он назвался Аарном и принялся петь. Он играл на кантеле, и дрожащим звукам струн вторил голос рунопевца[1].

Его песня рассказывала о сотворении мира, о деве, упавшей с небес, об утке, что свила гнездо на её колене, о морских волнах, что несли её куда-то много лет…

Эту историю Айна знала, но ей не было скучно.

Однако, в самой середине песни, девушка почувствовала, что что-то не так. Она обернулась и увидела, как незнакомка с жуткими чёрными глазами и кожей смуглой как рябиновая кора смотрит прямо на неё. Женщина поманила её к себе. Айна сама не знала, отчего вдруг послушно пошла в её сторону.

–Хочешь, назову тебе имя твоего жениха, девица, – спросила та шёпотом, стоило лишь Айне подойти.

Так это была та самая гадалка, о которой говорила Вуокко.

Невольно, Айна посмотрела в ту сторону, где стоял Кауко. Элли всё ещё была рядом с ним.

–Нет, госпожа, благодарю тебя за любезность, – ответила Айна.

–А если я скажу, что вижу в тебе кровь древнего народа, о силе которой ты даже не ведаешь, захочешь меня послушать, девица?

Всё померкло: и свет, и музыка, и голос рунопевца. Внутри как будто разом всё покрыла корка льда, а ноги приросли к месту.

–У меня нет денег, – сказала Айна, почти с досадой.