Предвестники рассвета. Том I (Ночь темна перед рассветом)

Гоши не было. Об этой ночи у неё остались смутные, обрывочные воспоминания. Сейчас это казалось ей сном. Хотелось пить. Сильно болела голова. Тамара встала, пытаясь найти свою одежду. У неё было такое ощущение, что её тело потеряло гибкость. Она хотела вспомнить, что же было ночью, но её память работала фрагментарно, выдавая какую-то несуразицу.

Неожиданно резко открылась дверь.

– Что стоишь перед окном, дурища? – грубо крикнул Гоша.

Он совсем не был похож на того галантного кавалера, который вчера расшаркивался перед ней.

– Где моя одежда? – спросила с трудом Тамара, садясь на кровать. Язык еле ворочался, её подташнивало и по-прежнему хотелось пить.

– Там, где ты её сняла, – голос прозвучал грубо и так громко, что у девушки неприятно зазвенело в ушах.

– Я? Я не снимала. Я хочу пить.

– А больше ты ничего не хочешь? Напилась, как свинья, поэтому ничего не помнишь.

– Помню. Когда я потеряла сознание, я была в одежде.

Гоша принёс её одежду, скомкал и бросил в лицо.

– Что ты расселась? Одевайся и уматывай давай. Вот кобыла…

– Что?! – спросила поражённая Тамара.

Тамаре казалось, что это сон, какой-то трудный, кошмарный сон. Её движения были заторможены, она плохо соображала.

– Быстрей… быстрей. Скоро жена приедет.

Тамара одевалась настолько быстро, насколько могла, руки её дрожали. Она забыла даже про жажду.

«Неужели это происходит со мной? – думала она. – Этого не может быть!»

– На, держи, – Гоша сунул ей в руку два рубля и вытолкнул за дверь. – Беги на ту сторону и сразу направо до остановки. Понадобишься – вызову.

И дверь захлопнулась.

Тамара медленно шла по дороге, первый шок прошёл. На улице ей стало немного лучше. В лицо дул ветер. Она надела ветровку не потому, что ей было холодно, а для того, чтобы прикрыть разорванный рукав.

«Докатилась, – думала она. – Теперь я – рублёвая проститутка, точнее, двухрублёвая. Интересно, почему он сказал, что вызовет меня? Не могла же я ему свой телефон дать? Или могла? Ничего не помню. Какой-то ужас».

Приехав домой, Тамара выпила полный стакан воды.

В её голове была только одна мысль:

«Этого не может быть».