Белая и Пушистая

Софии присутствие Патрика тоже не устраивало, но фермер заявил, что не оставит свою подопечную неизвестно с кем.

Взять каплю крови не составило труда, Лилиан стойко выдержала процедуру. А вот Патрик перенес хуже, я ясно слышала скрип зубов недовольного фермера. Страх перед недовольством уважаемого господина магу оказался сильнее собственных убеждений Патрика.

Жена фермера — Фина, не стесняясь присутствия Лилиан, пыталась отговорить Софию от борьбы за опеку.

— Вот я-то понять не могу. Вы ж молодуха, да красавица писаная.

Зачем вам обуза в виде девочки? — вещала жена фермера. — У нас-то своих пятеро, а ферма большая, всем работа да краюшка хлеба найдется. А вы наверно и не знаете, как с детьми-то ладить.

Ух, разорвала бы ее косынку на мелкие кусочки! И тапочки! Может, еще что-нибудь из мелких вещей.

— Я не откажусь от племянницы. — твердо заявила милая Софи. — А со всем прочим матушка подсобит.

Захотелось добавить, что можно и на меня рассчитывать. Да, с детьми не умею ладить, но могу попробовать научится ради Софии.

Видела, как многие тискают кошечек и собачек. Чем я хуже? Шерсть гладкая, пушистая. Урчать умею.

От фермы Гронов отходили в хорошем настроении, несмотря на неприятный прием. Главная задача выполнена. Кровь взята. Осталось провести ритуал установления родства в ратуше и открыть дело о передаче опеке. А там София докажет, что сможет лучше позаботиться о девочке. Даже перечислять необходимые действия сложно и долго, как же она со всем справится? Никакой магический ритуал не сравнится с судебными разбирательствами.

Признаться, момент с доказательствами мне не совсем понятен. Что еще, кроме дома и еды, нужно для выращивания людей? София у меня умничка, придумает что-нибудь и обязательно победит. Я точно знаю, она гораздо лучше Фины и Патрика Грон вместе взятых!

Глава 25. Глаза из кошмаров

В ратушу меня не пустили. Как перед княжеским теремом, наплели о запрете прохода с животными. Разрешено проходит только с фамильярами.

Натаниэль не стал врать и признался в отсутствии связи между нами. А ведь мы пытались провести ритуал и не виноваты, что ничего не вышло. Тут дело скорее в стертом из памяти создателе. Но против человеческих законов так просто не пойдешь.

Делать нечего. Обидно конечно, но пришлось оставаться снаружи. Снова приставили для присмотра какого-то юношу — стажера. Не верит Натаниэль в мою способность позаботится о себе в городе, но его забота все же приятна.