Фрейлина Её Высочества

– Наставительно сообщила я и, решив, что уже достаточно её обидела, чтобы она отцепилась, спрыгнула с кресла, аккуратно расправила складки на платье и гордо направилась к выходу из комнаты.

- Ваше Сиятельство, вам нельзя покидать комнату, пока не придут ваши светлейшие родители. – Моментально перехватила меня одна из служанок, и я была вынуждена с позором вернуться в покинутое кресло.

- Бри-и, ну давай поиграем! – Заныла Леттисе, с каждой секундой раздражая меня всё сильнее и сильнее.

- Пойди поиграй сама, я не хочу с тобой играть.

- Почему ты не хочешь со мной играть? – Опешила девочка. Кажется, до того она предполагала, что я отказываюсь с ней играть исключительно из вредности.

- Потому что ты – ужасная, непослушная, невоспитанная девчонка! Никто не хочет с тобой играть! – Я окончательно разозлилась и уже совсем не думала, что говорю… впрочем, будучи восьмилетней девчонкой, я и до того не думала.

- Это неправда! – Отчаянно возразила Летти, стараясь меня перекричать. – Все хотят со мной играть! – Она обернулась к остальным детям в поисках поддержи, но те были слишком увлечены своими играми.

- Вот и играй с теми, кто хочет с тобой играть. – Зашипела я, залезая на кресло с ногами, чтобы казаться, видимо, выше и опаснее. – А я – не хочу! Ты хочешь забрать моего брата! Я тебя ненавижу! Ненавижу!

Вбежавшие в комнату родители застали испуганных служанок, не знающих, что предпринять в такой ситуации, меня, яростно повторяющую «ненавижу!» и Леттисе, рыдающую от отчаяния.

Меня ожидаемо отругали и в наказание пообещали, что за моё плохое поведение Леттисе будет сидеть не в конце стола, как полагалось, а на моем месте, рядом с Астором, я же должна буду сесть на её.

От такой несправедливости у меня перехватило дыхание, но возразить я не могла ровным счётом ничего. Но нет, я не буду, как эта противная рыжая Летти! Я не буду заливаться слезами просто для того, чтобы меня пожалели!

После была церемония. Отвратительная церемония, которая ещё очень долго вызывала у меня максимально негативные ассоциации.

Викарий стоял в центре некогда бального зала, откуда предварительно вынесли всю мебель. Гости – и я в их числе – вынуждены были стоять, благо, недолго.

Перед викарием, держась за руки, стояли Астор и Леттисе – она, казалось, уже забыла о недавней обиде и с интересом оглядывалась вокруг. Впрочем, её мать, вместе с остальными родителями стоявшая там же, наставительно клала ей руку на плечо, когда девочка начинала крутиться уж очень непоседливо.