Призрак с лейкой

Вредина!

Доктор немножко рассердился про себя и решил её подразнить:

– А как прикажете называть? Леди Лим? А я думал, что леди Лим – это супруга герцога Лима…

Вредина засопела, а веснушки вспыхнули так, что вот теперь док точно бы ослеп, кабы предусмотрительно не отвёл взгляд в тот же миг.

– Я и была супругой герцога Лима, – процедила Лотти.

– Кстати, которого?

– Не ваше дело, милорд!

– Точно не моё? – хмыкнул Берт. – И вы просто не помните, Лотти.

Да, он будет называть её по имени. И будет целовать ей руку на прощание.

Славная вредина пошипит, пообзывается и привыкнет.

Собственно, это Берт и сделал: завладел её рукой, пока она растерянно пыхтела, и прижался губами к холодным нежным пальчикам. Неприлично надолго прижался, надо признать. Пальчики тоже пахли мятой, сладостью и свежестью, оторваться было очень трудно.

А потом док не позволил вредине опомниться, сразу сбив её мысли со страшной мести за вольности в выгодное русло:

– Давайте сюда ваши наброски, я посмотрю сегодня вечером и приму окончательное решение.

Сработало. Восхитительная вредина сопела всё громче и сверкала веснушками, но эскизы молча протянула.

Окрылённый маленькой победой, влюблённый болван забрал бумажки и обнаглел настолько, что быстро приложился к нежным пальчикам снова и не выпустил их из своих тёплых ладоней сразу.

– Спасибо за овец, миледи. Простите, я не могу делать вид, что вы не посодействовали, и я не Томас, чтобы вы приказывали мне, какой вид мне делать. Я очень оценил вашу помощь! Что, завтра здесь в это же время окончательно решаем с местом для пруда?

Шарлотта посмотрела на свои пальчики в руках дока и… не попыталась вырваться, только молча кивнула.

Вот тут Берт точно чуть не умер! Сам вообще не понял, как не умер и сумел уйти на ватных ногах.

Глава 8

Засучив рукава рубашки, Берт выуживал цветочные клубни из ящиков с опилками, влажными и липкими. Забавное занятие, главное одежду не показывать камердинеру, а сразу выбросить.

Если кто не знал, июль – идеальное время для деления и посадки ирисов.

Берт теперь знал. И заказал для вредины самые новые и модные сорта: с нынешней выставки в Чизвике, и с прошлой. За что и получил нагоняй. Вредина же, что с неё взять.

И не те, и не вовремя: свои видовые ирисы как раз в эти дни необходимо было поднимать со дна низины, куда они спустились с годами с пересохших берегов. Синие русские и жёлтые касатики. Этим и занимался Бойл с помощниками, вооружившись вилами.