Земля джиннов

— Видишь высокий дворец? В нём живёт халиф Мунтасир Четвёртый, тень Бога на земле, владыка востока и запада, и заседает диван. А то красивое здание с мозаичными крышами и башенкой предсказателей — знаменитая Кадингирская академия.

— Поверить не могу, как угораздило-то...

— Пойдём со мной в Сыскной приказ, — поманил Эзра, направившись по тропинке вниз. — Если кто-то и может решить твою проблему, то только его глава. Попробуем вернуть тебя домой.

— Так ты поможешь мне?

— Конечно.

Я, знаешь ли, не собираюсь помирать через тринадцать дней.

Хуже уже не будет. Отряхнув запачканные джинсы, я поспешила за гулем. Самочувствие немного улучшилось, настроение потихоньку поползло вверх. Эзра сказал, что вернёт меня домой! А пока не вернул, не стану тратить время на стенания и плач, буду наслаждаться нежданным приключением.

Кувыркнувшись в воздухе, парень вновь принял обличие пумы. Сказал, что так ему проще размять мышцы, затёкшие после отсидки в тесном кувшине, а к человеческому виду вернётся сразу, как выйдем на нормальную дорогу.

Местный люд не очень любит, когда гули разгуливают в зверином облике рядом с ними.

— Ты умеешь перекидываться только в кота?

— Не в кота, а в хурра. Все гули имеют две ипостаси — эту и человечью. Поэтому из всех джиннов, сотворённых Всевышним, до сегодняшних дней дожили мы одни. В народе нас не особо любят, правда, но жаловаться грех.

— А тебя можно... погладить?

Эзра остановился и лукаво склонил мордочку на бок.

— Если хочешь. Только руки отряхни. До отряхни, а не после!

Чтобы избежать неловкости в дальнейшем, я прикоснулась лишь к его голове. На ощупь шёрстка оказалась удивительно густой, мягкой и шелковистой.

— Впервые вижу человека, проявляющего такой интерес к гулю, — заметил Эзра. Мурлыкать он, конечно же, не стал. — Всего полчаса назад ты тряслась от страха, как мышь в банке.

Я с улыбкой пожала плечами:

— Просто в моём мире хурров не водится, немного любопытно, только и всего.

К тому же, в ближайшие тринадцать дней ты меня всё равно не съешь.

— Ай, я тебя вообще не съем! Мать отца моего отца рассказывала, что живые вы не вкусные.

— И только это тебя останавливает?

— Не только. Кушать людей запрещено законом, а я не старовер, я цивилизованный гуль с домом, работой и перспективой карьерного роста.

— В Сыскном приказе?

— В нём самом.