Земля джиннов

Её монументальная незыблемость кричала о способности выдержать не только разрушительные удары вражеских таранов, но и само дыхание Времени. Ничего себе! По какому-то странному, удивительному совпадению я угодила в мир любимых сказок тысяча и одной ночи. Чья-то вселенская шутка, не иначе! А вот удачная или нет, ещё только предстоит выяснить.

Возле базарных ворот стояли два стража с чисто символической целью. Они никого не останавливали и не досматривали. Власти Кадингира, как посмотрю, не опасаются нападения врагов из Лимии или кочевых разбойников.

Надеюсь, такая беспечность оправдана. Не хотелось бы в самом расцвете лет быть угнанной в плен к лимийцам, особенно если все они похожи на тех здоровяков, что напали на меня в России.

Нас встретил шумный, набитый пёстрыми людьми и гулями базар. Благодаря своим колоритным одеждам они были похожи на разноцветные стёклышки из калейдоскопа. Женщины по большей части щеголяли в лёгких шароварах, коротких жилетках, расшитых оранжевым и зелёным стеклярусом, полупрозрачных накидках, наброшенных поверх основной одежды, и фесках на головах.

Мужчины же предпочитали более практичные наряды — наглухо застёгнутые кафтаны (у тех, кто богаче) и безрукавки без пуговиц на голое тело (у тех, кто беднее), плотные шаровары, чалмы и тюрбаны. Кроме того, у каждого встречного на запястьях болтались браслеты с колокольчиками, которые привносили ещё больше шума в уличный гвалт. Оружия ни у кого не видно, что не может не радовать.

Особое удовольствие доставило некое подобие равноправия полов в халифате. Мужчины и женщины ходили и торговали рука об руку, никаких угнетений и притеснений.

Мы с Эзрой угодили в самый центр могучей смеси из запахов пряностей, благовоний, сладкого парфюма, трав и кожи. Сперва нас окружили лабиринты пёстрых прилавков с фруктами и овощами, половину из которых я видела впервые, затем со специями и, наконец, мы выбрались к коврам, посуде и домашним безделушкам. Гуль уверенно вёл меня к выходу, но этого выхода, казалось, вообще не существует.

— Кадингир, несведущая дочь Адама, не только столица Мирхаана, но и самый богатый город на континенте, — говорил Эзра. — Здесь можно купить всё!

— Неужели?

Как же тут жарко. Ещё немного, и в обморок упаду.

— Вэй из мир! Зачем столько пессимизма в интонациях? Не далее как в прошлом месяце родная дочь сводной сестры тётки моей матери приобрела тут шкатулку с заводными танцовщицами.