Поезд в Аркенор

Почему-то эта обыденность поразила меня даже сильней, чем сам факт, что я отправляюсь в другой мир.

— Да. В других мирах тоже пьют и едят.

— И принимают душ.

Не удостоив меня ответом, Надаэр встал и шагнул за дверь.

***

Я отвернулась и уставилась за окно. Перрон медленно прокатывался назад. Необычайно остро я ощутила, что всё, чем я жила до этого дня, остаётся позади.

Вот так сразу.

Ещё утром я проснулась с мыслью о том, что снова, как обычно, ничего не произойдёт. Ещё один серый день в череде из множества таких же дней.

Если бы я знала, что больше никогда не увижу свой город и свой дом, возможно, прожила бы его совсем иначе. А может, именно так, как теперь.

Ощущение свободы заставило меня улыбнуться, и такой, с улыбкой на губах, меня застал голос Надаэра.

— Можешь идти, — сказал он. — А потом советую подремать. У нас будет тяжёлая ночь.

Я поймала в стекле контуры его отражения и невольно обернулась. Надаэр был почти обнажён — только белое полотенце обнимало бёдра. Плечи у него были не слишком широкие и тело скорее стройное, чем мощное, но всё же гибкое и сильное.

Неожиданное желание провести пальцами по линиям мускулов, проследить след капельки, сбегавшей по животу вниз, оказалось необычайно острым.

Я моргнула, удивляясь собственным мыслям. Вроде бы ничего подозрительного не пила — не ела. До этого момента никогда не заглядывалась на подобных мужчин.

Но Надаэр сейчас выглядел просто красивым, как античная статуя, без каких-либо оговорок, и он притягивал к себе. С удивлением я вспомнила собственные слова о том, что никогда не стала бы доверять такому, как он, и подумала, что несколько часов назад тот выглядел пародией на самого себя.

Я видела много таких пародий в нашем мире — небритых, нечистоплотных мужиков, мнивших себя мужественными красавцами из романтических книг.

Надаэр не мнил. Он просто был. И он манил приблизиться, прикоснуться к себе.

— Кто ты? — поддаваясь неожиданному порыву спросила я.

— Моё имя Надаэр, — повторил он то, что я уже знала. — Надаэр Волхонский.

Третий перст Геллоры, доверенный посол её сына, Асмодея.

— Да… Асмодея… — упоминание о женихе резко остудило мой пыл. И как меня угораздило подписаться на подобную дребедень? Выходить замуж за мужчину, которого я даже не видела никогда…

Я отвела взгляд и встала, чтобы пройти в душ, но купе оказалось неожиданно узким и, чтобы миновать Надаэра, пришлось почти вплотную прижаться к нему.

Горячее дыхание обожгло шею, посылая по телу пьянящее пламя.