Теневой ворон. Книга 1

За его рукой в которой он держит что-то маленькое, вырисовывается тёмная кайма, а как только круг замыкается, словно чёрная вода заполняет всё пространство. Перед нами, прямо в воздухе, висит темный круг, который постепенно принимает форму вытянутого овала, внутри которого волнуется, как море, темная субстанция.

В коридоре слышится хруст щепок, по-видимому, из-под шкафа купе, а затем, треск стекла.

— Нам пора, — протягивает руку Ян, но я не решаюсь за неё взяться. Громкий рык заставляет меня обернуться и в проёме, еле помещаясь, появляется зеленое чудовище.

— Да черт тебя, побери, — ругается Ян и кидает в него темным сгустком, который превращается в тонкую вуаль, что сложно сдержит этого монстра.

— Чт.. Чт.. Что это?

— Теневой щит, — спокойно отвечает Ян, сложа руки на груди. — Так ты решила идти или мы ещё постоим?

— Куда? — вопросы слетают с моих уст слишком быстро, что я не успеваю поразмыслить. Но к счастью, или же нет, Ян закатывает глаза и дёргает меня за руку к себе.

— Пойдём, прогуляемся, — подмигивая, парень закидывает меня на плечо, и последнее что я вижу, как зелёное чудовище прорывается сквозь тонкую темную вуаль, разрывая её на куски, а затем, темноту.

Глава 5

Мы появляемся на улице, которую освещает полная луна, в беспорядке с ледяными лучами от мерклых фонарей. Ян аккуратно ставит меня на ноги, пока я оглядываюсь по сторонам. С левой стороны находится огромное кровавое здание, в четыре этажа, и я понимаю, что оно отдаленно смахивает мне Дом Романовых, который расположен на Малой Бронной в Москве.

Довольно массивные громадные окна просвечивают по рамам, источая еле зримый туманный дым, а в окнах, теплится блёклый свет. Сощурившись, подмечаю, что готический фасад здания, в кое-каких местах, покрыт грязным слоем темно-зеленого мха, а у каменного фундамента вырисовывается треснувший алый кирпич, обволакивающий камень благородной плесенью. На противоположной стороне, притыкается разбитое здание, с выбитыми открытыми окнами и засохшими ветвями виноградной лозы, что распространяется по почерневшему камню. Она будто бы, высасывает последние истоки жизни, взбираясь под самую крышу своими тонкими иголками.

— Где мы? — спрашиваю у Яна, который отряхивает свою куртку, пока я одной рукой облокачиваюсь на ледяной кровавый камень.

— В Теневой Москве, — шипит тот, шмыгая носом. Снова осматриваюсь по сторонам и впереди, замечаю расплывчатые тени деревьев, которые раскачиваются на ветру. Но… Что-то тут не так.