Грани миров 2. Новые законы.

Но Огайре никогда не приходило в голову соединить все эти истории воедино как фрагменты большой и растянувшейся во времени истории и хотя бы представить, что это за история. За всё время работы с Вольгером, маг ни разу не усомнился в благородстве его помыслов, потому как идеология, которую он нёс во все пространства и миры, чудесным образом откликалась в душе Огайры сладкими звуками.

Но вот была ли она действительно таким уж нектаром? Об этом маг если и начинал думать, то сразу находил тысячи подтверждений, что Вольгер Грут – это бальзам для Пирамиды Сата.

Убеждение это двигало Огайрой многие годы, пока он не начал в нём сомневаться. И так его эти сомнения изводили, так он страшился, что они подтвердятся, что продолжал убеждать себя, будто человек, которого он видел с Таймаром у башни Страха и в злачном квартале, вовсе не Вольгер, а кто-то похожий на его наставника. Вот только в кохарских горах он видел Грута и с этим ничего поделать не мог.

Огайра разрывался между своей привязанностью и долгом. Но на кон было поставлено слишком многое. Очевидность того, что Таймар Маелрах – враг, была неоспоримой. Огайра мог бы ещё поверить в то, что это чудовище во плоти может стать полезным, если его грамотно использовать. Но он имел несчастье быть знакомым с ним лично и лучше прочих знал – использовать себя князь не даст никому, а вот скрутить рогом своих обидчиков и выжать из них ценные соки он мог, и делал это превосходно.

Конечно, в иных мирах живут и более скверные существа, уравновешивая своим хаосом порядок высших кругов, и такой человек, как Таймар, мог бы жить, если бы не пророчество. В них Огайра верил так же, как в Богов, потому что на его веку предсказаний имелось достаточно много и все они сбылись с пугающей точностью. А потому, необходимо было как можно скорее разобраться во всей этой истории, обрастающей неприятными фактами, как гулящая сука кобелями.

Несмотря на то, что Огайра гнал в сторону дома на пределе всех лошадиных возможностей, которые ему позволял кошелёк (проезжая через попутные постоялые дворы, он каждый раз менял животину), а всё же путь занял больше недели. За всё время своих путешествий маг успел немного восстановиться, и то лишь благодаря тому, что не тратил медленно накапливающуюся ману по пустякам. Он собирал силы на переезд, о котором думал лишь в часы совсем уж подавленного состояния.