Грани миров 2. Новые законы.

Таймар осмотрел себя с ног до головы и понял, что из ценного на нём лишь рубиновая серьга и фамильный перстень. Серьгу почему-то отдавать не хотелось, перстень тоже, но поколебавшись, князь понял, что родня роднёй, а его суть, которая каким-то странным образом была связана с красной каплей, горящей в ухе с рождения, оказалась ему дороже, а посему он стянул с пальца перстень, которым закреплял бумаги. Когда его очередь подошла, он бросил в костёр печатку с головой быка, произнося про себя хвалу Ёиль, и увидел, как пламя, пожрав её, исторгло из себя огненную бычью голову с пустыми глазницами.

– О-о-о! – послышалось за его спиной. – Ваша жертва принята.

А князь в эту минуту подумал: «что же я на самом деле принёс в жертву, не кусок железа ведь? Может, я от рода своего отрёкся?»

– Пора, – отвлёк его от неприятных мыслей стоящий сзади колдун. – Пора идти чиститься, прежде чем начнётся шабаш.

– Чиститься?

– Вы первый раз? – понял старик, добродушно улыбнувшись. – Нужно восемь раз прыгнуть через костёр, потом пройти восемь кругов по углям и тогда уже можно будет обращаться к Высшим.

– Ясно, – кивнул Таймар, посмотрев в сторону второго костра, где уже дергались в неврастенических конвульсиях голые женщины, изображая то ли танец, то ли припадок эпилепсии. – Что они делают?

– Входят в транс.

– Пойду присоединюсь.

Присоединиться, как оказалось, было не так-то просто, мужчины стояли в отдалении от огня и вынуждены были ждать, когда к ним подойдёт какая-нибудь ведьмочка и пригласит.

Таймар стоял минут пять, поражаясь тому, что самые сочные и аппетитные чародейки вытаскивали из толпы старых хрычей, уводя их в свою особенную плоскость бытия, где творилась невозможная для понимания магия, где пространство и время менялись местами, сливались, или вовсе исчезали.

Обдуваемый всеми ветрами и освещённый пламенем костра Таймар стоял и заворожённо смотрел, как двигаются тела под бешеный ритм барабанов, сливаясь в одно колышущееся и бьющееся в экстазе людское море, пока его не схватила рука совсем молоденькой девушки, почти девчонки с чуть наметившимися ореолами грудей и узкими, как у мальчишки, бёдрами.

– Пойдём, красавчик, – пропел её тоненький голосок, – Ёиль хочет посмотреть на рубинового быка.

– На быка? – переспросил Таймар, не веря собственным ушам, но девчонка не ответила, она подтолкнула его почти к самому костру и увлекла в водоворот всеобщего разгула.