Ключ к сердцу тьмы

Только сердце не верило в убаюкивавшую ложь, билось часто-часто.

Сидевшая рядом Катарина крепко сжала мою руку. В ответ пожала ее и взглядом поблагодарила за поддержку. Так, ладонь в ладони, мы и доехали до храма. Герцог пожелал сочетаться браком в Кафедральном соборе, где традиционно короновали и отпевали монархов. Их могилы в несколько рядов выстроились по бокам центрального нефа, словно вечные грозные стражи живых. Суровые статуи с мечами и без взирали на прихожан через аркаду. Я бывала здесь дважды на праздничных службах, теперь приехала в третий, последний.

Карета остановилась перед ковровой дорожкой, брошенной на ступени. Разумеется, красной, как и положено на свадьбе. Арон не поскупился, нанял певчих и девочек, щедро осыпавших меня розовыми лепестками. Под славословие «О прекраснейшая из здравствующих дев!» опустилась подножка, и отец помог мне выбраться из экипажа. Как того требовали приличия, обернулась и помахала толпе зевак. Фата сыграла добрую службу, скрыла истинное выражение лица.

Катарина, выполнявшая обязанности подружки невесты, подхватила шлейф, и мы начали подыматься по ступеням. Отец чуть замешкался, дожидаясь матушку.

При других обстоятельствах я ощущала бы себя героиней сказки: свадьба в величественном соборе, всеобщее ликование, безумно дорогое платье. Только сказки редко случаются в обыденной жизни, и у алтаря меня встретит сам властитель Зла.

Зазвонили колокола, не тревожно, а радостно, звонко.

Ничего, справлюсь. Брак по расчету — привычное дело, совершу благо во имя семьи.

После яркого солнечного дня в соборе оказалось слишком темно, я даже ненадолго остановилась в начале нефа, боясь сделать шаг. На помощь пришел отец и, словно слепую, повел дальше. Витражи яркими пятнами ложились на юбки, и вскоре стало казаться, будто на ней расцвели цветы и расправили крылья драконы.

Все ближе и ближе…

Я уже видела его спину. Подумать только, мы почти не знакомы, но отныне я узнала бы герцога при любых обстоятельствах.

Сегодня Арон Рардеж облачился в темно-песочный фрак и напоминал франта, а не «серого» вершителя судеб. Неохотно признала, что одежда сидит на нем идеально, цвет работает на контрасте с волосами, придавая им особый медный отлив. Если бы они были длиннее, герцог и вовсе мог претендовать на звание покорителя женских сердец. Иллюзия разрушилась, стоило Арону обернуться. Такого интересовали совсем другие победы.

— Вы очаровательны, Элеонора.