Молодая жена и несносный характер в придачу

– Помнишь, папа все время рассказывал разные истории про идеального Лео? Так вот, это именно он и есть.

Сола с обескураженным видом поглядела на сестру, пытаясь убедиться, не шутит ли она, но та оставалась предельно серьезной и главное – до невозможности печальной.

Отец без конца ставил дочерям в пример сына своего старинного друга. Пресловутый, опостылевший сестрам Лео, по его словам, был совершенством во всем, и девочки должны были подражать ему и не расстраивать папочку.

– А я думала, непогрешимый удалец-молодец Лео – плод суровой отцовской фантазии, – пробормотала Соланж, все еще находясь под впечатлением.

– Как видишь, нет. – Люсьена тягостно вздохнула и собралась с духом: – Все, хватит болтать, а то гости заскучают. Пойди займись делом и постарайся, чтобы все были довольны.

– Не волнуйся, – с лукавым блеском в хитрющих глазах отозвалась Соланж. – Скучно точно не будет.

Люсьена догадалась, что сестра задумала очередную каверзу, но помешать ей уже не успела – распорядитель объявил первый танец.

По традиции его исполняли хозяин и хозяйка дома, но командующий благополучно перепоручил Люсьене эту почетную обязанность после ее совершеннолетия. Как старшая и взрослая дочь она должна была танцевать с одним из дорогих гостей. Чаще всего это был принц Джулиан, представлявший правящий род на светских мероприятиях, которые король посещать не любил. Но сегодня по настоянию отца кавалером Люси стал виконт Леон Фармас, чему его высочество несказанно обрадовался, не желая оставлять свою спутницу в одиночестве.

Оркестр заиграл легкий, словно переливающийся звоном капели, весенний вальс, виконт вывел Люсьену в центр зала, и взгляды гостей скрестились на удивительно гармоничной паре. Фармас в черном армейском мундире, ростом почти под два метра, с военной выправкой одной рукой бережно держал затянутые в белые перчатки пальчики дочери графа, второй обнимая ее за талию. Люсьена стройная и гибкая, точно молодая березка в роще на опушке, с неизбывным достоинством стояла перед ним в серебристом поблескивающем платье, являя собой образец благовоспитанной утонченной леди.

Пара закружилась в танце, и только слепой не заметил бы, насколько Люси тяжело сохранять лицо рядом с время от времени сбивавшимся с такта виконтом.

Сола смотрела на сестру с нескрываемой болью, и в ее душе поднималась обида на отца. Почему он не пожелал пригласить Кристиана? Пусть граф Паувир и ближайший соратник канцлера, но ведь он не такой проныра, как Гнодар.