Антония де Вельвиче. Читающая души

— Ты хотел ещё что-то сказать или спросить? — поинтересовалась Антония после непродолжительной паузы.

Олаф пролистал блокнот. Он радовался, что догадался записывать дела, вопросы и покупки, но ровно до того момента, как попытался этими записями воспользоваться. Всё шло вперемешку, приходилось перескакивать с темы на тему.

— Я тебя поняла, — кивнула Антония, когда они закончили вдвоём разбираться с заметками. — Ты прав, мне тоже придётся поучаствовать в домашних делах. Давай всё, что терпит, отложим до выходных, тогда вместе съездим в город.

Заведи отдельный блокнот для покупок, записывай всё, что только в голову придёт. Потом я просмотрю и список одобрю, а перед поездкой разделишь все записи по типу, чтобы, придя в лавку канцтоваров, ты просто достал бумажку со списком канцтоваров, а в посудной лавке выдал продавцу список недостающих ложек и салатников. Завтра купи в городе большой телефонный справочник, обзвонишь домашних артефакторов, узнаешь расценки и списки услуг. А что до кухарки, решим ближе к выходным, пока я буду привозить еду из таверны, и можно заказать доставку по телефону. Если не знаешь номер, просто набери единицу, это код справочной, там тебя соединят, с кем нужно.

Олаф кивнул. Антонии нравилось, что он не болтал впустую, спрашивал по делу. А сам мужчина почему-то робел перед этой юной, но такой странной девушкой, да ещё и своей хозяйкой. Словно пытался решить для себя: то, что она приняла у него клятву — хорошо это или плохо?

— Кстати, Олаф, где сейчас твоя матушка? — внезапно спросила Антония.

— Она… в лечебнице Святой Олинии, на попечении сестёр милосердия, — запнувшись, всё же ответил Олаф.

— А как она относится к кошкам? — подозрительно уточнила хозяйка.

— Насколько я знаю, никогда их не держала, — удивился такому вопросу мужчина.

— Отлично. Тогда выписывай её сюда, поселишь в комнате рядом со своей, на первом этаже. Всё, я спать, разбудишь завтра ближе к восьми. Или даже в полдевятого. Спокойных снов, Олаф.

— Спокойных снов, миледи, — в совершенно потерянных чувствах отозвался мужчина.

Он и не надеялся на такую милость, чтобы забрать мать из приюта. Думал посылать ей деньги из оклада, который хозяйка зачем-то ему назначила, да может, с разрешения, когда-нибудь съездить навестить. А тут... Он обязан остаться в этом доме, сделать всё, чтобы хозяйка не отказалась от принятой клятвы!

Антония ушла к себе и до полуночи, даже чуть дольше, из-под двери её покоев горел свет.