Театр для Волкодлака

Пару минут я ломала голову, как показать ей, что я друг. А потом меня осенило - зачем изобретать велосипед, когда до нас все придумала природа?

Я легла на живот и подняла голову, как самый заинтересованный из псов. Она, утирая лицо грязными ладошками, следила за мной, и по тому, как удивленно взлетели ее бровки, поняла, что я ее заинтересовала. Я стала подползать к ней, поджав уши и с самым виноватым видом, какой могла изобразить на такой огромной морде. Добравшись до ее ног, скромненько лизнула ее рану, как бы показывая, что жрать ее не хочу.

Девушка тут же прекратила рев и уставилась на меня во все свои васильковые глазки. Я положила голову себе на лапы и доверчиво прикрыла глаза. Не знаю, какая собака из меня получилась, но я очень надеялась, что она поймет намек.

- Ты не станешь меня убивать? - неожиданно звонко спросила девушка.

Я открыла глаза, плавно подняла свою башню и так же плавно утвердительно кивнула.

Девушка явно мне поверила, а потому стала задавать уточняющие вопросы:

- Ни сейчас, ни потом, ни когда-нибудь?

С трудом сдержала улыбку, потому что подумала, что оскал клыков с ее голову, может быть воспринят ею как-то не так.

.. Снова кивнула.

- Ты мне не враг?

Киваю.

Молчим. Она удивлена, но к ее чести стоит признать, что с потрясением девушка справилась быстро. Буквально через пару минут она снова заговорила:

- Меня зовут Милисса, а тебя... вас? - чуть замявшись и покраснев, спросила она.

Я честно попыталась ей ответить, но как только напрягла голосовые связки, тут же зашлась в приступе удушливого кашля.

Горло сдавило и обожгло сразу, как при сильнейшей ангине. А через мгновенье на тоненькие ступни моей новой знакомой плюхнулась приличная порция моей густой крови. Девушка испуганно взвизгнула, но, к моему удивлению, не шарахнулась от испуга или отвращения, а подалась вперед. На ее грязной мордашке читалось неподдельное беспокойство.

- Вы ранены? Прошу, если больно, то не нужно говорить, - она сказала это почти умоляюще.

Я, честно говоря, растерялась.

На чумазом лице девушки отразилось столько искреннего, совсем не детского беспокойства, что мне стало неудобно. Ее эмоции явно стоили намного больше, чем дискомфорт от раны на моем горле.

- Простите меня, - снова начала девушка и смущенно отстранилась, - я подумала, что вы такая же, как и те...

Я удивленно вскинулась и помотала головой.

- Я понимаю, что вы не станете меня убивать. Не думаю, что волку, который так ранен, доставит удовольствие простое убийство.