Царевна яблоневого чертога (Невеста скомороха)

В открывшийся проем можно было проникнуть только согнувшись в три погибели, но после, чуть спустившись, получалось выпрямиться в полный рост. Веснянка сделала несколько шагов ничего перед собой не видя, пока ее глаза не привыкли к темноте. Остальные ждали снаружи.

Вот бы уйти от них подземными тропами, уйти и никогда не возвращаться. Но Веснянка не была достаточно смела, чтобы решиться, и достаточно сильна, чтобы выжить в мире подземья, где все не то, чем кажется.

Она опустилась на колени и склонила голову пред матушкой-землей, источником жизни.

Холод поднимался от земли вверх по ногам, сковывал тело.

Все кончено, поняла Веснянка, родная земля, которую она предала своим бездействием никогда ее не простит. Земля сама сделает все дело, сотрет с лица своего это сгнившее царство, чтобы на его месте вырастить новое. Цветок не взойдет.

«Я просто надеюсь, что все случится быстро», — подумала она, уже смирившись. Пусть свершится то, что суждено. Вот только еще нескольких лет упадка, медленного угасания она не выдержит.

Веснянка не хотела плакать (не о чем больше плакать!), но одна слезинка скатилась по ее щеке и упала на землю. В этой слезинке была вся ее боль, все страхи, все надежды. И этого оказалось достаточно, чтобы согреть землю. Достаточно в этот последний раз.

Веснянка склонилась еще ниже, чувствуя, как теперь тепло поднимается по ее телу, и зажмурилась, чтобы защитить глаза от света бьющего из-под земли. Этот первый свет может быть смертелен, но ее все эти годы он щадил.

Когда сияние угасло, она открыла глаза и увидела меленький фиолетовый цветок на тонком стебельке.

Бутон его почти бессильно клонился к почве, из которой только что появился.

— Спасибо, — прошептала Веснянка и, протянув руку, осторожно прикоснулась к его лепесткам.

Цветок ожил. Лепестки расступились, обнажая шип в сердцевине, и Веснянка ощутила болезненный укол. Мир перед глазами поблек, и она то ли увидела, то ли почувствовала каким-то шестым чувством, как кровь ее струится через цветок вниз в землю, по волшебным корешкам, по тайным каналам, извилистым, перепутанным, которые и есть корни ее родного царства.

Кровь бежит, кровь питает, наполняет, а потом спускается еще ниже, к подземному морю, наполненному поколениями ее предков, которые так же кормили родную землю.

—Весна! — услышала она откуда-то оттуда, из самых глубин, отчаянный зов. Этот голос она ни разу не слышала, но сразу узнала: звала ее мать.

— Мама?

Ощущение материнского присутствия обволокло Веснянку.