Часовые Памяти

Потому, что тогда я могу рвануть к ним в любой момент. А куда я теперь рвану?!! Тем более, что нас с тобой с небес уже однажды выперли?

- Но ты все равно туда собираешься – я ведь правильно понял?

- Собиралась. А теперь даже не знаю – могу ли я тебя здесь оставить?

Император опустил глаза. Повертел в руках свой стаканчик, и тихо сказал:

- Почему не можешь? Я – мальчик взрослый. И я – один. А твоими ушедшими друзьями полон Небесный Лес…

- Но я тебя люблю.

- Ты и их любишь тоже. Разница между нами только в словах, которые ты можешь мне сказать.

Не важно, какие – добрые или злые. Но, прозвучав, они от тебя уходят. И ты спокойно живешь дальше. Потому, что вслед за словами происходит какое-то действие: мы можем поссориться, или помириться. Даже – подраться. А с подружками у тебя – один бесконечный монолог, от которого можно сойти с ума. Та самая – машинка на ниточке…

- Но, что изменится, если ты меня отпустишь? Я точно так же начну горевать о тебе – там, как горюю о них – здесь. И еще не факт, что я с ними увижусь.

Могу ведь и в Отражениях застрять…

- Это не худший вариант. В них ты просто не будешь ничего помнить. А здесь станешь себя корить за то, что не решилась к друзьям попасть. И начнешь меня тихо ненавидеть.

- Я и сейчас ненавижу. Только не тебя, а себя. За то, что не попыталась их удержать. Я ведь прекрасно знала диагноз. Но почему-то мне и в голову не пришло – переписать им жизнь.

- Они были сильными. И сами справлялись, ведь так?

Женька грустно кивнула.

- Так. Смерть приходила, а потом уходила ни с чем.

А мы только смеялись, что она за очередной канарейкой пошла.

- Вот видишь! Выходит, что ты просто не знала – насколько все плохо?

- И что? Как говорится в уголовном праве – незнание законов не освобождает от ответственности. Понимаешь, я занялась переустройством мира – и даже слегка в этом преуспела. То за Собор боролась, то – англичанам мстила. То – патриарха нашего бронированного от власти отодвинуть пыталась. И у меня даже что-то получалось. Но, научившись управлять Вселенной, я не видела того, что творится у меня под носом.

И теперь эта самая Вселенная мне изощренно мстит – накрывая меня теми самыми не сказанными словами. А я избавиться от них не могу – потому, что сказать их некому, а стихов я больше не пишу. С тех пор, как пошли сказки – рифмованные строчки на меня уже не падают. Видимо, «два хороша не бывает». И вот я стою – как витязь на распутье – и не знаю, куда податься?

Павел горько и беспомощно посмотрел на Женьку.