Грозовой Сумрак

Ярким бликом мелькнул длинный нож, которым Рей срезал волосы, почти коснулся моей шеи. Я почувствовала одновременно нестерпимый жар и леденящий холод, незримым потоком изливающийся от широкого узорчатого лезвия, — холодное железо, металл, которым можно убить любого ши-дани, даже если это король Самайна. Раны, нанесенные им, почти не заживают, а без правильного лечения разрастаются вглубь и вширь, убивая неторопливо и очень мучительно. Я застыла, казалось, позабыв о том, что надо дышать — и лишь смотрела перед собой, боясь лишний раз шевельнуться, чтобы кожи моей не коснулся проклятый металл.

Ведь даже мимолетное прикосновение оставит мне на память медленно заживающий ожог, след от которого не сойдет еще очень и очень долго.

— Меня всегда интересовало, почему людская поговорка про то, что молчанье — золото, так часто игнорируется? Может быть потому, что блеск холодного металла ослепляет далеко не всех людей? И уж точно безразличен ши-дани. Им может быть важно лишь хладное железо.

.. Запомни, моя маленькая ши-дани. Раз и навсегда запомни. В тех случаях, когда молчанье не золото, оно — жизнь. А как ты ее проживешь — это уже твои заботы...

Лезвие медленно скользнуло по косе, перерезая шелковистые волоски и приближаясь к моей шее все ближе с каждым движением. Я взглянула на небо, ярко-синее, хрустально-прозрачное и такое глубокое, что казалось, будто и не небо это вовсе, а чаша из синего стекла, наполненная водой.

Если хотя бы часть того, что я слышала о Рейалле — правда, он меня убьет.

За то, что имела неосторожность произнести его полное имя вслух, за неосмотрительность. Слишком я привыкла называть вещи своими именами, слишком разбалована странным отношением Габриэля.

Я едва заметно улыбнулась, прикрывая глаза.

Я вернусь в Холмы... я все же вернусь... И древо королей примет меня обратно, спрятав искру, горевшую во мне, в один из своих листьев, чтобы рано или поздно поместить ее в новорожденного ши-дани Осенней Рощи.

Вернусь домой...

Неожиданно для меня коса распалась надвое, и я, пошатнувшись, едва не упала, с трудом удержав равновесие. Фаэриэ спокойно вернул нож обратно на пояс, поудобнее перехватил сумку и нехорошо, некрасиво, холодно улыбнулся.

— Надеюсь, что ты запомнила урок, моя маленькая ши-дани, и не будешь попусту растрачивать драгоценные монеты своей жизни. Мне кажется, что ты спешила в Вортигерн? Думаю, что теперь тебе точно пора в дорогу.