Сетевой

— Ах да! Ведь если бы я знала, что ты тут обитаешь, то вообще ноги бы моей тут не было!

— Потом я присматривался к тебе, а потом не удержался и… Но зато мы все выяснили! — Он явно оправдывался, и это было хорошо. — Я правда не думал, что ты меня услышишь. Почему ты вообще меня слышишь? И видишь… Давно это у тебя?

Я немного расслабилась. Он действительно не производил впечатления агрессивного, как те злобные сущности, которых я встречала раньше. Он даже внешне на них не был похож. Может, у них есть какая-то система различий? Они вообще общаются друг с другом?

Вопросов было море, и я решила, что когда-нибудь все их задам.

— С детства. Я могу видеть таких, как ты, но я и не подозревала, что вы умеете говорить.

— Я умею.

— Почему?

Он пожал плечами:

— Я любопытный. И я так давно наблюдаю за людьми, что… И вообще: с волками жить — по-волчьи выть!

— О! — удивилась я. — Ты знаком с нашим устным народным творчеством?

Он усмехнулся.

— Сколько тебе лет?

Он фыркнул:

— Я после первой сотни тысяч сбился со счета! — Мое лицо вытянулось, и он явно был доволен произведенным эффектом.

— Миллион есть?

Он опять пожал плечами. Я решила не выяснять, видел ли он динозавров.

— А зовут тебя как?

Он опять усмехнулся:

— Отвечу избитой фразой: никто меня не зовет, я сам прихожу.

— Серьезно.

— Серьезно! Ну подумай: кто, когда и куда меня зовет? Я уже много тысяч лет разговариваю сам с собой и с мебелью.

— Ну вот теперь ты со мной разговариваешь. И мне, наверное, иногда придется тебя звать.

— Ну и зови.

— И тебе все равно, как?

— Все равно. Назови хоть горшком, только под задницу не суй.

— Воспитанные люди говорят «в печку».

— Я не воспитанный. И не человек. А тебя-то как звать?

— Ольга.

— Вот и познакомились, Ольга.

— И что теперь?

— А что теперь? Теперь я иногда буду с тобой разговаривать.

— Я в общем-то не против. Но давай договоримся, куда и когда ты НЕ будешь приходить.

— Ой, ну чего я там не видел?

Я было набрала в легкие побольше воздуха, чтобы выдать ему тираду о личных границах, зонах приватности и еще что-то в этом духе. Но он меня перебил:

— Да понял я, понял. Только ты тоже теперь двери прикрывай, что ли.

— Теперь буду!

Он молча посмотрел на меня, как будто что-то для себя решая, и исчез.