Сотая бусина

Надо же кого-то в подельники приспособить, а Груша у нас с ограниченным передвижением в пространстве.

- Анастэйс, я скоро задвижку закрываю – дрова уже прогорели, - поставил меня в известность мужчина, придерживая одной ногой банную дверь.

- Ага, - застыла я с перекинутым через руку умником у входа в смежную.

- А ты пойдешь? Ну, в смысле, вообще.

- Ага… Только, как выстоится(5), ты - первый. А у меня к Зене несколько вопросов по моей… специфике.

- Понятно, - кивнул он в ответ и, качнув дверь, боком занес бадейки с холодной водой.

- Кратагус меня накрой, как же врать тяжко, - не глядя, кинула я кота на деревянный диванчик и плюхнулась за свой, заставленный склянками стол. Потом спохватилась и, опустив дверной крюк, навесила купол неслышимости. – Что молчишь то?

Зигмунд выразительно глянул на меня и выплюнул торчащий из пасти хвост карася:

- На какую тему прикажете высказаться? Сначала объясни толком, что за причина вообще кому-то что-то врать.

- Причина?.. - собираясь с мыслями, отвернулась я к окошку над столом.

– Веская, Зеня. Очень веская. Не верю я твоему столичному коллеге. И от этого на душе муторно.

- Та-ак… Приехали, дальше пёхом… Давай, Стася, выкладывай, - подхватив недоеденный обед, спрыгнул кот с дивана.

- Выкладываю… Понимаешь, у меня с самого первого дня было к нему настороженное отношение. А потом жизнь так закрутила, что пришлось делить с ним одну крышу. Да и сам он, если бы не все эти тайны, его окружающие...

- Он тебе нравится, - вздохнул умник.

– И от этого тебе сейчас так тяжело. Ты боишься, что признаясь себе в этом, ты предашь отвергнутую любовь Глеба, а еще боишься, что все повторится, как когда-то с ним?

- Боюсь?.. – отвернувшись, замолчала я. – Ты… прав, Зеня. Пора быть с собой честной – я, действительно, всего этого боюсь и он мне, действительно нравится. И с этим уже ничего не поделаешь. И чтобы этот страх перебороть, я должна быть в нем уверена. А эти его шрамы… Да что шрамы? Ожог, татуировка, и то, что он упорно ничего о себе не рассказывает.

- А как же сказки про облака? – совершенно серьезно возразил мне кот.

- Сказки? Меня сейчас очень быль интересует, а не его детские небесные фантазии.

- Ну, не скажи, Стася. Ветран, делясь самым сокровенным, определенно дал понять, что полностью нам доверяет. Потому что именно такие… сказки обнажают душу, делая нас уязвимыми. Это тоже самое, что раскрыть кому то свое любимое место или познакомить с самым дорогим существом в этом мире.