Тайна деторождения: практика и теория

Ты мне руку свою просто снова дай.

- То-то же. Показывай «красивый браслетик». Зря, что ли, сюда принеслась? И сразу назад, пока вторую не потеряли.

А «потеряться», действительно, было где. Даже с поисковиками и охранками. Да и с двумя «сопровождающими», которых я сама уже давно потеряла. И третьего, кстати, не нашла. Хотя, присутствие его ощущала. И, что странно: не привычной липкой навязчивостью, а будто легким пером по щеке. Но, это про «действующих лиц», а что касается «сцены»…

«Базар кабир». Разноцветный крикливый мирок в центре зеленого острова среди ветров и сугробов.

Да, Тахвала хороша, но, «базар кабир» - ее ожившее буйное «сердце». С лабиринтами не хуже дворцовых, узкими проходами, где от ковров и платков не видно небес, громкой музыкой и горами из бус и сладостей. И еще место, где я впервые в жизни ощутила себя «дамой». То есть, женщиной в нормальном смысле этого слова. Потому что так с пристрастьем глазеть на гроздья из сумок и сомнамбулой замирать в ароматах духов могут только они… А еще чуть-чуть и на другое потянет… Уф-ф, агент Вешковская, пора брать себя в руки.

- Ага, а это, видимо, они и есть?

Тетушка моя, не отрывая взгляда от штабелей мебели через проход, сглотнула слюну и кивнула:

- Да-а, Ага-точка.

- Как много их, - сморщив нос, почесала его Варя свободной рукой (вторая-то мной занята).

- Ну, так, чего мы стоим? Не в музее ведь, - и, на мой взгляд: мебель, как мебель. Ну, разве что, раскрашенная в яркие сочные квадраты. Но, может это у меня уже глаз к такой «лепоте» привык? – Тетя Гортензия?

- О-о, да погоди же ты.

Мне бы глаза сначала на одном чем-то… сконцентрировать.

А вот этот процесс заинтересовал нас с Варварой обеих. И мы даже перегнулись, чтоб лучше было видно. Как тетя Гортензия, внезапно, отмерла:

- Та-ак! Что меня интересует?.. Придиванный столик, платяной шкаф, два. Потом, диван… жесткий, буфет…

- Мягкий?

- Ой, Варенька… значит, буфет. Еще комод на три ящика… - и так далее в течение минут пяти. Хотя, там еще повторы были (как варианты) и философские отвлечения (на тему красоты вообще и осмерской мебели, в частности).

В общем, в ридикюль ее точно все не войдет и, если это, лишь «список», то каким же будет его реализация… - А вы пойдите пока, погуляйте. Все равно ж, ничего в этом… не смыслите.

- Ну, уж нет, - хмыкнула я. – Мы с Варей здесь останемся и будем вашим «голосом совести». Периодически напоминающим о себе.

- Что-что? – рассеянно обернулась к нам тетка.